Книга Царская невеста, страница 12 – Виктория Воронина

— Алеша, гляди, всем хороша княжна Сицкая, - не очень понижая голоса сказал Морозов. – Будешь жить с нею душа в душу, как голуби сизокрылые! И боярам нашим угодишь, - сея девица из знатного славного рода, никаких возражений против нее ни у кого не найдется.

Молодой царь приблизился к княжне Агафье, спавшей неподалеку от Маши, внимательно рассмотрел ее, и отрицательно покачал головой.

— Девица хороша, Борис Иванович, но что-то у нее не слишком смышленое лицо, - мягко сказал он приятным голосом. – А мне желается, чтобы у моих детей была разумная мать, которая смогла их все время уму поучать и на доброе наставлять!

— Тогда подходящий выбор дочь окольничьего Вяземского Ефросинья, - предложил наставник. – Девица умна, грамоте научена, несколько наречий чужеземных разумеет.

— Что-то она беспокойна во сне, вот подушку сдвинула и одеяло почти на пол сбросила. Уж не Вяземская подходящая для меня пара, - заметил Алексей Михайлович. – Борис Иванович, после долгих раздумий я решил, что Евфимия Всеволожская моя Богом данная суженая и другой я не желаю!

— Великий государь, ни в коем случае! – в волнении замахал руками Морозов. – Есть весомая причина, по которой она не годится в царицы.

— И что это за причина? – недовольным голосом спросил молодой царь.

— Мамки подозревают – падучая у нее, - зловеще произнес его наставник. – Уже пару раз она падала на ровном месте в Коломенском!

— Не может быть! – не поверил царь Алексей. – В ее родном доме ничего такого не замечалось, когда я там жил.

— Хитры Всеволожские, скрывают хворь девицы, - убежденно проговорил боярин Морозов. – Нет, не годится она в царицы. Здоровой должна быть твоя супруга, чтобы потомство у вас родилось здоровое. Иначе горе нашему царству, коли царевичи будут болезные, как сыновья Грозного царя! Подумай об этом, Алеша, перед Богом ответ держать будешь, если женишься не на той!

Проникновенный и вместе с тем печальный голос дядьки оказал ожидаемое действие на молодого царя. Алексей Михайлович минуту молчал, затем ответил:

— Ладно, подумаю, как избежать сей беды, Борис Иванович! – и направился к выходу из опочивальни невест, мягко шурша в своих сафьяновых сапожках, как кот, осторожно пробирающийся во двор. Удовлетворенный результатом своих уговоров Морозов последовал за ним.

Маша не все уразумела из приглушенной беседы царя со своим воспитателем, однако поняла, что как не припала к сердцу Алексея Михайловича дочь боярина Всеволожская, у других невест тоже есть шанс быть выбранной государем в его законные жены. Очень был настроен против Евфимии царский воспитатель, и он имел не последнее слово в деле выбора будущей царицы.

Утром Маша постаралась предстать на смотринах во всем своем блеске, наряжаясь и румяня свое лицо. Лукерья Грязнова аж рот открыла от изумления при виде того, как прислужницы проворно надели на дочь воеводы Плещеева новый зеленый сарафан, украшенный нарядной цветочной вышивкой. Маша была хороша и в буднем платье, а в дорогом, предназначенном для царских смотрин сарафане и вовсе сделалась неотразимой. Поняв, что соперница провела ее, Лукерья заскрипела зубами от злости, но сделать уже ничего не могла против Маши в опочивальне, полной людей. Служанки закрепили на голове девушки праздничный однорогий кокошник с самоцветами и Маша с достоинством последовала вместе с остальными невестами в приемный зал Коломенского дворца, гадая про себя, почему не видно Евфимии Всеволожской.