Книга Звезда Давида, страница 95 – Константин Волошин

— Вы меня должны помнить, синьор, – сказала Анна и внимательно смотрела в глаза еврея. – Я месяца два назад посещала вас.

— Не припоминаю, синьора.

Анна видела, что тот лжёт, но постаралась скрыть это. Даже успела подумать, что тут что-то не так. Еврей явно чего-то побаивался и тщательно скрывал свой страх.

— Если скажете, с чем приходили, то могу и вспомнить. Я лучше помню камушки, синьора, чем лица. Есть такие?

— Нет, лишь одно украшение, – ответила Анна и достала «Звезду». – Помните?

Еврей внимательно осмотрел украшение, хмыкнул, неопределённо покачал головой.

— Простите, синьора, не припоминаю. Но вещь дорогая. Я бы даже сказал – безумно дорогая, – повторил он, и в глазах его Анна вновь заметила испуг. – Хотите продать?

— Смотря сколько за это дадите.

— О, синьора! Думаю, что на такую вещь у меня не хватит денег. А сколько вы хотели бы, синьоры? – Глаза еврея алчно блеснули.

— Вы мастер своего дела, так что сами назовите цену, а мы посмотрим. – Анна уже сообразила, что еврей что-то скрывает, но добиться этого от него будет довольно сложно, если вообще возможно.

— Не смею надеяться, синьора, – запротестовал торговец. – Если сможете, то приходите через неделю-две. Я маленький человек и такими деньгами не располагаю, простите, синьоры. Приходите позже, тогда, возможно, я смогу вам что-то предложить.

Супруги не стали дольше вести бесполезный разговор и ушли, с подозрением оглядев еврея, проводившего их до улицы.

— Егорка, ты заметил, как он был встревожен и даже напуган?

— А чёрт его знает! Этих жидов я всегда боялся и опасался. И хотя то было в детстве, но и до сих пор что-то осталось. А чего ему нас бояться?

— Нас, конечно, ему бояться нечего. А вот страх у него явно от нашего украшения. И неспроста. Есть какая-то тайна.

— Какая у него может быть тайна, когда ты сама говорила, что «Звезда» появилась у Васьки давно. Даже не у него, а у деда или прадеда.

— А до того ею владели разные правители. Васька же говорил, что «Звезда» – символ иудейской веры. А что она такое, я понятия не имею. Скорей всего, так оно и есть, Егор. Если нет, то чего этому еврею так волноваться? Как бы нам с тобой чего не грозило из-за этой «Звезды»! Продать бы её поскорее, и все дела! От греха подальше. Не нравится она мне. Даже побаиваюсь её.

Однако продать в Тане такую ценность было трудно. Они понимали это и начали задумываться. И Егор вдруг предложил:

— Хорошо бы переехать куда подальше. В большой город.

— А ты знаешь такой поблизости? – Анна вопросительно глядела на Егора.

— Говорят, Кафа^[10] – большой город. Но до него надо на судне идти. А зимой туда суда не ходят. Опасно, бури сплошные.

— Если надо ждать до весны, то я сама попробую что-то разузнать. Плохо, что мы даже настоящей цены не знаем. За сколько продавать?

— Верно говоришь, Анюта! А как узнать? Ещё кто вздумает ограбить нас, коль узнает про такую ценную штуковину.

— Значит, нам надо её спрятать или сделать вид, что продали. Тут живёт богатый купец, я его видела несколько раз. Он даже мне кивал и плотоядно посматривал вслед. Можно на него показать. О таких покупках редко что говорят даже друзьям.

Они не стали ждать и на следующий же день закопали почти все ценности в кувшине в палисаднике, где прежде цвели цветы, а сейчас лежала пожухлая трава.