Книга Звезда Давида, страница 87 – Константин Волошин

— То ты так обо мне, Егор! – чуть не задохнулся купец.

Его глаза налились кровью. Он оглядел гребцов, но те безучастно сидели, поглядывая, как хозяин воюет с прибывшими и Егором.

— Хозяин, я тебя уважаю, но и ты войди в наше положение. Воевода ведь шутить не любит, коль осерчал на кого. А мы-то с тобой! Пошли уж, река ждёт, да и нам не резон тут стоять, погони ждать.

— Будет погоня? – взвился купец. – Значит, что-то серьёзное? Но что?

— Успокойся, а я разузнаю у Анюты с Нюркой. Мне они всё поведают. А я – тебе.

Хозяин всё же не стал лезть на рожон. Вид гребцов охладил его гнев, и он обречённо махнул рукой: мол, что с вами делать.

Егор скривил рожу, и это послужило сигналом забраться в ладью. Егор с помощью Никиты перенёс Анну с орущей Ленкой на борт. Анна стала успокаивать ребёнка, а три гребца тут же зарезали одного из коней, двух других оставив парнишке.

— Поспешите, ребята, – посоветовал Егор. – Всё лишнее бросьте в реку, остальное – на борт, и тут продолжим. – И к мальчишке: – А ты сними сёдла и сюда тащи. Они дорого стоят, а у нас с этим трудно. Тебе они ни к чему.

Не прошло и получаса, как ладья уже выбралась на середину речки, парус надулся, спеша погнать судёнышко, что шло дальше вниз. Гребцы вяло подгребали и поглядывали на хозяина и Герасима. Им было интересно послушать причины столь спешного бегства женщин и Никиты.

Все, конечно, знали, что происходит у Анны с воеводой, и любопытство гребцов было понятно и очевидно. Ещё Егор их интересовал – как он ко всему этому отнесётся. Ожидал пояснений от дочери и Герасим. Он уже понял, что тут не всё чисто, особенно дело с домом и хозяйством. Но приходилось ждать – река делала поворот, тут уж не до разговоров.

Нюрка жалась к Никите, а тот сам побаивался разговора с Герасимом и не отходил далеко от Егора, видя в нём защиту. Лишь дождавшись вечернего костра на берегу, Герасим потребовал Нюрку к ответу.

Девчонка уже много раз слышала версию случившегося и со слезами на глазах поведала отцу эту историю:

— Тятя, я так испугалась, когда гонец от воеводы появился у нас на дворе! – Слёзы текли по щекам ручьями. – Он сказал: мол, воевода отберёт дом, а вас посадит в яму, где ты и сгниёшь за свои делишки. Так и сказал. Что мне было делать? Я об этом и раньше слышала слухи. А тут ты ушёл по реке, а я чуть со страха не рехнулась. Хоть Никита помог.

— С чем он мог помочь, дура?! Дом продал за копейки! А куда вертаться будем? Как жить станем?

— На земле много мест, где можно устроиться, – пробурчал Никита и тут же получил по затылку. Откачнулся и поспешил отойти подальше.

Нюрка вытащила мешочек и передала отцу.

— Вот то, что Никите удалось получить за дом и хозяйство. – Нюрка размазывала по лицу слезы с грязью.

Герасим грубо выхватил мешочек и высыпал на ладонь серебро.

Спросил зло:

— Сколько тут? Считала?

— Так много, я не смогла бы посчитать. Никита говорил, что много.

— Я ещё твоему Никите бока намну! – бросил гневный взгляд на молодого подмастерья башмачника. – Что он за тобой ходит? Он у меня спросил?! Молокосос! Не смей и приближаться к нему, дурёха!

Он занялся монетами, и девчонка поспешила отойти, боясь побоев. Герасим же долго пересчитывал монеты, сопел, кряхтел и наконец молвил уже спокойнее и вроде бы мирно: