Книга Звезда Давида, страница 56 – Константин Волошин

Два дня спустя отряд повстречал мужика с телегой. Тот неохотно, но показал воинам дорогу до деревни. То была такая бедная и заброшенная деревня, что на ночлег едва нашли подходящий сарай с дырявой крышей. Прогнившая солома на ней не могла удержать дождя, и местами с неё текло.

— Что за хозяева тут, что крышу отладить не могут! – возмущался Антип и вопросительно глядел на Егора.

— До вечера осталось мало времени, ребята, сами мы не успеем починить, – заметил Егор. – Ефим, собери мужиков, пусть срочно поправят крышу. Или мне с них придётся содрать дополнительный оброк. Ну лодыри!

Мужики неохотно собрались. Все подвыпившие и злобные. Но оружие красноречиво показало им, что шутить не стоит. И дотемна шестеро мужиков кое-как починили крышу, а на середине сарая очистили место для костра, огородив его валиком земли.

— За такое житьё тем мужикам, что крышу крыли, надо бы посторожить костёр и поддержать его до рассвета, – бубнил Аким. – Сами мы не выдержим столько не спать. Этак им никогда не выбраться из-под барского гнёта, дурачьё!

Ему никто не ответил, а Егор всё вспоминал Гузель. Последние дни это происходило часто, очень часто, и стало портить настроение. Парень спешил вперёд, стараясь побыстрее добраться до тульского острога. Жалел, что обещанного подарка любимой так и не добыл, хотя несколько монеток серебра у него побрякивали в кармане. Их он нашёл, обыскивая тех разбойников, что погромили в деревне.

Его донимали сны, где он восторженно занимался любовью с Гузель, и, просыпаясь, продолжал мечтать о встрече с нею. Его воины тоже заметили состояние парня, посмеивались, понимая, что гложет их десятника. Лишь однажды Ефим забросил удочку, заметил на привале:

— Эх, начальник, щас бы бабёнку под бочок! Вот житуха бы была, а? – И с любопытством глядел в расстроенное лицо Егора. – Не горюй, скоро приедем. Три дня – и мы дома. И начальству есть чего докладывать. Ещё похвалу заслужим.

— Дождёшься! – буркнул Егор, понимая, что до похвалы им далеко. – Ничего ведь не узнали, не заметили. Мелочь одна…

— Раз ничего не заметили, так то к лучшему. Стало быть, татарва сидит по своим юртам и не рыпается. Разве что мелкие отряды, что мы пощипали. Конька ихнего, слава Богу, доедаем. Вполне сносный конячка был, – хохотнул Ефим.

Наконец выбрались к берегам Дона и пошли прямиком к Туле. Через два дня впереди на холме показалась церковь, а за нею и башни острога. Настроение воинов сразу поднялось, а Егор задышал порывисто, жадно втягивая холодный воздух расширенными ноздрями.

— А ну за мной, ребятки! – крикнул он и стегнул усталого коня нагайкой. Все с удовольствием погнали своих следом.

С воротной башни их весело окликнул страж. Свесился с парапета и балагурил, скаля жёлтые зубы. Он уже оповестил остальных о прибытии разъезда.

Их встретили воевода и два сотника. Они с любопытством наблюдали отряд, а у воеводы даже улыбка растянула толстые губы.

— Вы что, братцы, с отдыха явились сюды? – спросил он, видя, как воины сползают с сёдел, усталые, истощённые, но довольные.

— Никак нет, воевода, – поклонился Егор и подошёл ближе. – Чуток задержались в пути да татар встретили. Пришлось с ними поболтать. Коней у них разогнали и тем остановили их.

— И все целы, вижу. Ну идите, отдыхайте. Три дня можете сюда не появляться. Заслужили. Значит, ничего опасного вокруг не заметили. То добрая весть.