Книга Невероятный сезон, страница 75 – Розалин Ивз

Калли с облегчением вздохнула.

— Тогда, конечно, ты должен ехать. Но тебе не стоило так пугать меня… Я почти не сомневалась, что ты хотел сообщить мне нечто ужасное.

Это была одна из ее любимых черт в Адаме – то, как он заботился о близких.

— Это не единственное, что я собирался сказать, – продолжил он.

Калли положила руки поверх салфетки, лежавшей у нее на коленях.

— Тогда признайся сразу, это что-то плохое?

Он покачал головой.

— Нет. По крайней мере, я так не думаю. Я должен перед тобой извиниться. Кажется, мы не совсем удачно начали помолвку, и это моя вина. Ну, моя и Талии. Я уделял ей больше внимания, чем тебе, и мне не следовало это делать. Талия всегда будет моим дорогим другом, но ты… – Он заколебался, и сердце Калли подскочило к горлу. – Я бы хотел, чтобы мы с тобой тоже были добрыми друзьями.

Он протянул ей руку, и она взяла ее, переплетя затянутые в перчатке пальцы с его, хотя ее сердце упало. «Друзьями».

— Конечно, мы друзья, Адам, – произнесла она, а потом обнаружила, что у нее на юбке небольшая прореха, которую нужно подшить. Она поспешила уйти, лишь бы не говорить с Адамом, потому что у нее перехватило горло. Она быстро встала и вышла из столовой, встретив по пути в дамскую комнату Талию и мистера Дарби.

Последние гости медленно выходили из бального зала. Калли наблюдала за ними со своего места у основания лестницы. У нее болели ноги, глаза слипались из-за позднего часа, но она все еще улыбалась. Грация поднялась наверх полчаса назад, а Талия – вскоре после того, как ушел мистер Дарби. Дядя Джон исчез в библиотеке со стаканом портвейна, а тетя Гармония проводила оставшихся гостей, а затем вернулась в бальный зал, чтобы найти потерянную перчатку.

Калли глубоко вздохнула. Она не хотела, чтобы этот вечер заканчивался. Он не был идеален – разговор с Адамом все еще не давал ей покоя, и еще тот взгляд, которым одарил ее мистер Солсбери. Но в остальном прием прошел великолепно, наполненный танцами, новыми друзьями и смехом. Если бы она поднялась наверх, чары развеялись бы.

Шаги, раздавшиеся в холле рядом с лестницей, вывели ее из задумчивости. Это был Адам, который шел к двери, натягивая на ходу пальто.

— Адам! Ты все еще здесь?

— Я уже ухожу. О, тебе необязательно меня провожать, – сказал он, когда она двинулась к нему. – Я практически член семьи. Не стоит церемоний.

Практически член ее семьи. Эта мысль повисла между ними… Она поняла это по румянцу на его щеках, по тому, как он встретился с ней взглядом, а затем опустил глаза.

Она остановилась перед ним, и он улыбнулся ей сверху вниз, напряжение оставило его. Оправа очков поймала и отбросила свет.

— Значит, тебе понравилось?

Калли закружилась, замерев перед Адамом в эффектном реверансе.

— Было чудесно.

— Если не считать того парня в очках, – сказал он, сморщив нос и улыбнувшись. – Он танцевал ужасно.

Калли ткнула его локтем в бок.

— Ты не был настолько ужасен.

— О, хорошо. Тогда всего лишь немного.

Она покачала головой.

— Совсем нет. – Она взяла его за руки, чувствуя, как нарастает прилив нежности. – Спасибо, что пришел на бал. – Калли приподнялась на цыпочки, собираясь запечатлеть благодарный поцелуй на его щеке.

Но Адам, чье внимание привлек звук шагов возвращающейся по коридору тети Гармонии, повернул голову в самый неподходящий момент. Вместо щеки Калли поцеловала его в уголок рта. Но Адам не отстранился, а скользнул по ее губам, движение было таким быстрым, что их губы соприкоснулись прежде, чем Калли осознала, что происходит. Его губы были мягкими, нежными… и ее руки потянулись к его плечам, ища поддержки, когда у нее подкосились ноги.