Книга История Деборы Самсон, страница 128 – Эми Хармон

— Вы не можете называть меня Самсоном.

— Гриппи было достаточно моего объяснения, – отрезал он.

— Всякий, кто это услышит, решит, что вы надо мной смеетесь. Это все равно что звать толстяка Худышкой, а великана – Малышом.

Он помотал головой:

— Все не так. Это прозвище более чем уместно. Вы поразительно сильны.

Похвала оглушила меня, и какое-то время я просто смотрела на него, не говоря ни слова. Он тоже не отводил глаз.

— Вы злы… и холодны, – тихо сказала я. – Я скучаю по вам.

Он шумно выдохнул:

— Я скучаю по парню, которым, как считал, вы были, и не представляю, что делать с женщиной, которой вы оказались.

— Я все тот же Шертлифф.

— Нет, вы Дебора Самсон, и мне следует быть с ней очень осторожным.

— С ней? – ахнула я. – Вы говорите обо мне, генерал. Вам нужно быть осторожным со мной? Вы мне не доверяете?

— Дело не в доверии. – Теперь он говорил очень тихо. Его голос рокотал, будто отзвук далеких выстрелов и приближающейся беды. – У меня словно шоры упали с глаз. Я больше не вижу юношу-солдата. Я вижу лишь вас, – бросил он, воздевая руки к потолку.

Я глядела на него, но ответить ничего не могла. Я действительно была женщиной.

Он покачал головой:

— За исключением случаев, когда вы вот так на меня смотрите. Тогда я вспоминаю Шертлиффа и его устрашающий взгляд.

— Этот взгляд никогда не был его взглядом. Он был моим.

— Теперь и вы делаете то же самое. Отделяете женщину от юноши. Их сложно различить.

— Я отдавалась службе всем сердцем. И продолжу, если вы позволите.

— Я уверен, что так и было. – Его тон вновь переменился. От взрывов гнева – к рокоту, от рокота – к капитуляции с ее белым флагом.

Я задержала дыхание. Я не понимала, перед чем он капитулирует.

— С тех пор как узнал, что вы не Роберт Шертлифф, у меня не было ни секунды покоя, – признался он.

— Но я – это он! – взмолилась я.

— Дебора, – предостерег он.

Мое имя, произнесенное генералом, вновь обожгло меня, как огнем.

— Прошу, не отбирайте его у меня. Прошу, позвольте остаться Шертлиффом до конца войны.

— А если вы погибнете? Вы легко могли погибнуть под Тарритауном. Или в Йорктауне. Или в чертовом Истчестере. Что, если вы умрете как солдат, как Роберт Шертлифф? Что тогда? Дебора Самсон заслуживает большего.

— Но как вы не видите? Это и есть большее.

Он озадаченно взглянул на меня, не понимая, что я имею в виду.

— Я делаю это ради нее. Ради себя. – Я ударила себя в грудь. – А если погибну, – пожала я плечами, – погибну как солдат, которым Деборе Самсон не позволено было стать.

Он озадаченно вскинул брови:

— Мы не пускаем женщин на войну не потому, что они этого недостойны.

— Разве нет? – презрительно переспросила я.

— Нет, – отрезал генерал. – Мужчины не берут самое ценное на поле боя. Они это берегут. – Он четко выговаривал каждое слово.

— Я не ценность. И беречь меня не нужно. – Мы уже говорили об этом.

— Нет, вы ценность. Элизабет вас ценила. Я вас ценю.

Я склонила голову, успокоенная искренностью его признания. Какое-то время мы молчали.

— Всем нам дано увидеть так мало, – снова заговорила я. – И не только женщинам. Я это понимаю. Я не так глупа, чтобы думать, будто мужчин ничто не связывает. Я поступила на службу, потому что не осмелилась сесть на корабль. Я стала солдатом, потому что не могла отправиться на запад одна. У меня не было возможности пересечь океан, исследовать мир. Штанов и корсета, стягивающего грудь, недостаточно. Нужны еще деньги. В мою дверь стучалась война, и потому я выбрала единственный доступный вариант бегства.