Книга Святые из Ласточкиного Гнезда, страница 139 – Донна Эверхарт

— Вы сказали, что у вашей сестры можно остановиться? – Краем глаза она заметила какое-то движение. Должно быть, Корнелия благодарила Бога за то, что подруга образумилась.

Риз подтвердил:

— У нее большой фермерский дом, там места достаточно.

— Спасибо за предложение. Мы его принимаем.

Дэл открыто улыбнулся ей.

— Сьюди Мэй примет вас со всем радушием, я уверен.

На земле лежала его тень, длинная и тонкая в сумерках.

Рэй Линн указала на переднюю часть грузовика:

— Фары работают хорошо, но я не очень-то умею водить ночью.

— Я не прочь сесть за руль, – сказал Дэл. – Можем проехать дальше, поискать подходящее место для отдыха.

— Хорошо, – согласилась Рэй Линн.

Она отодвинулась на середину сиденья. В кабине стало тесновато, но после работы в Ласточкином Гнезде и лагерной диеты все трое были тощими и жилистыми, как дворовые цыплята. Дэл развернул грузовик, и они снова двинулись на северо-восток, занятые каждый своими мыслями. Рэй Линн старалась не замечать, что они с Дэлом касаются друг друга плечами и бедрами, но всякий раз, когда грузовик подпрыгивал на кочке, она чувствовала, как ее прижимает к боку Риза. Время от времени Корнелия показывала им на что-то, что привлекало ее внимание. На людей, все еще пытавшихся спасти хлопковые посевы, зараженные долгоносиком. На магазинчик, где у входа продавали арбузы, – и Дэл, не говоря ни слова, остановился, купил один и закинул на заднее сиденье. Потом они увидели мужчину, который катил перед собой ребенка, девочку, в самодельной деревянной тележке. Девочка звонила в колокольчик, а на тележке спереди была прикреплена табличка с надписью: «Иисус грядет! Вы готовы?» Дальше по пути им попались двое мальчишек с тростниковыми удочками и банкой червяков, стоявшие на краю узкого моста и ловившие рыбу в ручье, а рядом сидел мужчина и поучал их, прихлебывая самогон из бутылки.

Корнелия сказала:

— Каких только забавных штук не насмотришься перед самой темнотой.

Рэй Линн с Дэлом что-то согласно промычали. Риз гнал грузовик еще с полчаса и наконец остановился. Никто особенно не разговаривал: все слишком устали, не терпелось выйти из кабины и размять ноги. Дэл достал арбуз и разрезал перочинным ножом. Они вгрызлись в красную мякоть и в один голос заявили, что такого сладкого и сочного арбуза в жизни не едали. Втроем они доели его весь – с таким наслаждением, что не замечали, как розовый сок течет по подбородкам. Впервые за последние месяцы Рэй Линн чувствовала себя легко и беззаботно.

Когда с арбузом было покончено, Дэл предложил:

— Давайте вы ляжете спать сзади, а я устроюсь тут, в кабине.

Рэй Линн была совершенно измотана, и у нее не нашлось возражений.

— Я не против.

Дэл спросил:

— Ничего, если я сыграю пару песен на Мелоди? – Он показал им губную гармошку.

Женщины в один голос сказали, что будут только рады.

— Я слышала вашу гармошку, когда мы были, так сказать, соседями в Ласточкином Гнезде. Вы называете ее Мелоди?

— Да. Глупо, наверное. Надеюсь, я вам не мешал.

— Нисколько, – отмахнулась Рэй Линн. – Я всегда с удовольствием слушала.

Подруги забрались в кузов грузовика и положили под головы узлы со своими скудными пожитками. Устраиваясь поудобнее, Рэй Линн увидела, что Дэл снял ботинки, высунул ноги в пассажирское окно, прислонился затылком к дверце с водительской стороны и заиграл. Она снова легла и стала смотреть в небо. Была прекрасная летняя ночь, теплая, с легким ветерком, а над ними простиралось черное полотно, на котором перемигивались и приплясывали звезды. В паузах между мелодиями губной гармошки Рэй Линн слышала вой койотов и крик совы, а потом глаза у нее закрылись сами собой.