Книга Непреодолимые обстоятельства, страница 63 – Елена Добрынина

* * *

Две недели Рустем взращивал в себе злость. Запретил себе думать, что поступил неверно. Такое отношение никто не потерпит! И он правильно сделал, что ушёл. Первые несколько дней он твердо верил в этот аргумент, но время шло и сомнения стали одолевать его. Он не сомневался в себе, он был твердо убежден, что вина во всей этой ситуации только за Булкой. И никак иначе. Поэтому и позвонить должна она, написать, объявиться. Однако, Лелька молчала, и он озадачился вопросом, почему? С каждым днем этот вопрос все больше не давал покоя. Неужели она считает себя правой? За эти две недели он столько раз приказывал себе не думать о ней, засиживался на работе до полуночи, чтобы не думать о ней, и все равно думал.

Отец, заметив повышенную «работоспособность», похвалил. Но похвала не радовала. Странное это было чувство. Головой он считал себя правым, а сердце точил червячок сомнения. Казалось, подумаешь, девушка! Еще и способная пренебречь его авторитетом и доверием, говорившая с ним вздорно и без должного уважения к мужчине, как должна говорить женщина. Однако, почему же так тошно, словно кусок из сердца вырвали, и оно кровоточит, саднит тихой, ноющей болью?

К концу второй недели Рустему позвонила сестра и предупредила, что близится следующий этап сватовства — Большой. И теперь их ждут в гостях у Хасановых с официальным визитом. Если этот этап сватовства пройдет удачно и Амина обозначит свое согласие, можно будет планировать праздник обручения.

Руса передернуло. Не в том он был состоянии, чтобы участвовать сейчас в каких-то свадебных ритуалах. Но отец, понимая, что прямое указание вызовет гнев, подослал к Рустему сестру. Наверняка, Дато успел ввести Алимова-старшего в курс дела об их с Лелькой ссоре.

Рус чувствовал себя так, словно на шею ему набросили удавку. И вроде бы он ещё твердо стоит на ногах, свободно двигает головой, и вроде бы никто не заставляет его прямо завтра идти под венец с дочерью отцовского друга, а вот тяжко дышать, нечем. И он почти осязаемо ощущает, как тиски вокруг сжимаются.

Лелька не писала и не звонила. Это угнетало. Это бесило. Строптивая девчонка! Неужели, ей неясно, что так нельзя себя вести?

И, удивляясь самому себе, он ответил Гюнай согласием. Хотя именно на этапе малого сватовства он еще мог отказаться. Пройдя на следующую ступень, сделать это, понимал Рустем, будет гораздо сложнее. Практически невозможно.

— Хорошо, я буду.

— Вот и отлично. — Щебетала довольная сестрица. — Позвони отцу, он расскажет детали.

Глава 25. Сватовство

Лелька превратилась в следопыта. Она постоянно отиралась на странице названной невесты, Гюнай и даже Дато, тьфу на него, в поисках новых фотографий, новой информации о Рустеме. Вторая неделя подходила к концу с момента их размолвки, а Рустем так и не позвонил. И если первое время она хотела набрать сама, мучилась чувством вины, то теперь это выглядело бы слишком странным. Она подолгу вглядывалась в фото Амины, пытаясь отыскать изъяны, ненавидя ее, головой понимая, что посторонняя девушка никак не заслужила такого отношения. Головой понимала, а сердце ее разрывалась на кусочки. Почему он не отказал отцу сразу? Почему? И ответа на свой вопрос не находила.

Лелька стремительно худела даже без спорта и диет.