Книга Община Св. Георгия. Роман-сериал. Второй сезон, страница 93 – Татьяна Соломатина

Ася смотрела испуганно. Она впервые видела Владимира Сергеевича таким. Всегда сдержанный, соблюдающий все мыслимые и немыслимые этикеты и протоколы. И вдруг на её глазах он выходит из берегов.

— Вы даже боитесь как мышь! – возмущённо выдохнул он. С шумом придвинул стул, сел напротив Аси. – Посмотрите на меня. Впрочем, нет, не смотрите, ещё с ума сойдёте! Слушайте внимательно, Анна Львовна. Женщина, в которой есть хоть капля чувства, хоть крупица страсти, уже давно бы сообразила, что я полностью в её власти. Хоть бы я и мебель крушил, и пистолет держал у её виска – а и тогда в её власти.

Перегнувшись через стол, он притянул её голову к себе, хотел поцеловать, но… почувствовал только её страх. Выпустил. Она снова уставилась в стакан.

— Остыл уже. Не обожжётесь.

Ася послушно отпила чай.

— У меня никогда не было недостатка в женщинах. Но я полагал, что когда меня настигнет серьёзное сильное мятежное чувство, то испытаю я его к женщине…

— Вроде Веры Игнатьевны? – завершила Ася, прямо посмотрев наконец-то ему в глаза.

— Вы отнюдь не глупы, Анна Львовна, – усмехнулся он. – Хотя и потрясающе неразвиты эмоционально. Да, именно вроде Веры Игнатьевны. Это было бы логично. Мы с Верой Игнатьевной похожи. Похожи гораздо больше, чем может показаться. А вы бы, Анна Львовна, в свою очередь, были бы идеальной подругой для нашего прекрасного Белозерского. Но наш барчук до полоумия влюблён в княгиню, а я глубоко люблю вас.

— Так женитесь же на мне! – воскликнула Ася.

— То есть вам плевать, что чувствую я на предмет того, что вы меня не любите? Какая вы милая психопаточка, драгоценная Анна Львовна! Вы прям ни дать ни взять Дмитрий Петрович, просто ещё совсем юный, чистый, бесхитростный и в юбочке! – расхохотался Владимир Сергеевич.

Ася не поняла, с чего это она похожа на неприятного ей Концевича, который когда-то порывался ухаживать за ней. Она совсем не надменная, не холодная…

— Ладно. Не мучайте свои хорошенькие извилины, Анна Львовна. Рано или поздно вы всё поймёте. Про себя. Про меня. Про нас. У вас есть цель сейчас. Вы по какой-то вашей прихоти возжелали этого ребёнка. Может, у вас нужный период цикла…

Ася залилась краской.

— Нет, я на самом деле. Я сама выросла в приюте.

Он жестом остановил её.

— Мне всё равно. Каковы бы ни были побудительные мотивы, а равно и причины, их вызвавшие. За каждым русским дворянином стоит простой русский мужик, которому дети никогда не мешают, напротив. У вас есть цель – эта девочка-подкидыш. У меня есть цель – вы. Недалеко ушедшая от подкидыша. Хорошо, будет вам младшая сестра, а у меня две дочери. Вполне пристойный расклад для человека моих страстей при моих же строжайших правилах.

— Обещаю быть вам хорошей женой!

— Не обещайтесь, Ася. Женщина, жаждущая выйти замуж лишь потому, что ей захотелось взять щенка…

— Это ребёнок! Я понимаю разницу! Я не маленькая! И у нас будут собственные дети. Но эта девочка, она…

— Важна вам настолько, что вы готовы выйти замуж за человека, которого не любите? Чем же? Даже если цель ваша, допустим, благородна, и вы понимаете, что сиротка не ваша сиюминутная прихоть, то подходит ли вам средство достижения столь благородной цели – брак с нелюбимым? На лжи, Анна Львовна, ничего не замесишь. А брак без любви – ложь.