Книга Община Св. Георгия. Роман-сериал. Второй сезон, страница 124 – Татьяна Соломатина

— Если вы не дежурите, окажете честь прогуляться? – спокойно и учтиво спросил Александр Николаевич.

— Холодна ночь для прогулок-то!

Ася всё не переставала смотреться в зеркало. Именно не крутиться у зеркала, как барышня, вздумавшая неумело сыграть во флирт. Настораживало именно то, что она так легкомысленно и смело парировала его реплики, столь серьёзно всматриваясь в своё отражение.

— Мы экипаж возьмём.

— Александр Николаевич, – Ася повернулась к нему и жадно посмотрела. – Должна вам сказать: я помолвлена. Владимир Сергеевич сделал мне предложение, я с радостью приняла оказанную мне честь. Мы вскорости поженимся.

Сказать по правде, хотя и нелестно это для Александра Николаевича, но у него камень с души свалился. Он чуял, что Анна Львовна всё чего-то от него ждала, чего – и сама толком не знала. Он на свой лад чувствовал ответственность за неё. И сейчас был счастлив, что такой достойный человек, как доктор Кравченко, теперь позаботится о сироте. Боже, они все воспринимали Асю именно бесприютной сироткой! Ей это было обидно. Это было несправедливо, если вдуматься. Ася не понимала, почему это несправедливо. А вдумываться не имела возможности.

— Я от всей души поздравляю вас! От всей души! Владимир Сергеевич – гениальный человек! Теперь я за вас спокоен.

— Вы как-то уж слишком рады.

Ася надула губки. Всё-таки она была всего лишь девчонкой, хотела нравиться всем мужчинам, и в особенности Александру Николаевичу.

— Отчего же я не должен радоваться?! – искренне изумился он.

Александр Николаевич поцеловал Асе руку.

— Я желаю вам безмерного счастья!

Если бы он был чуть менее погружён в себя, он бы понял по её взгляду, что скажи он ей сейчас: «Не выходите замуж!» – она бы забыла и про помолвку, и про найдёныша. Ему бы и замуж её звать не пришлось, без венца прибежала бы. Она вдруг твёрдо решила, что любит Александра Николаевича и никого другого. А про девочку и Владимира Сергеевича тут же, в мгновение ока, повесила на себя долг. Будто бы она теперь из чувства долга должна и замуж выйти, и девочку воспитать. Все свои пассажи про любовь, высказанные сегодня в приюте, она забыла в момент. Как так-то?! Она же и не глупа вовсе! Просто очень восторжена: пока не перестала подстёгивать себя капельками и… порошком. С ними как-то веселее. Ярче. Легче на душе. Они сердце поднимают. Сейчас медикаменты льются рекой, а за операционную и вовсе она ответ несёт.

— А замужние женщины работают или нет? – вдруг озабоченно вытаращилась она на Александра Николаевича. – Наверное, как хотят, да? Вот Вера Игнатьевна, она же замужем – и хирург! Профессор!

Ася как-то нехорошо засмеялась, не понимая, что наступает Александру Николаевичу на больную мозоль. Она склонилась к нему и интимно прошептала с двусмысленной значительностью:

— Я же знаю, что в хирургию вход для женщины закрыт. Чтобы попасть в эту область, женщине нужно стать мужчиной. Вера Игнатьевна попросту мужчина, вот что!

— Анна Львовна! Вы несусветную ерунду себе позволяете! – вырвалось у Александра Николаевича. – Ещё раз желаю вам счастья! Надеюсь, мы всегда будем самыми добрыми друзьями, – и, снова поцеловав ей руку, он пошёл на выход из ординаторской.

— Вы-то уж точно знаете, женщина она или мужчина! Вся клиника знает, что вы… грешите!