Книга Община Св. Георгия. Роман-сериал. Второй сезон, страница 102 – Татьяна Соломатина

— После ребёнка должен был родиться послед. Блин окровавленный.

Супруга полицмейстера кивнула. Совсем ничего нельзя было прочитать по её глазам – зрачки разъехались во всю радужку, залив зеркало души тьмой. Но лицо всё ещё оставалось надменным. Разумеется, она знала, что такое послед, она троих родила!

— Ты его осмотрела?

— Нет. Завернула и выкинула. Я… – её немного отпустило, как будто вдруг дошло, что дела серьёзнее, чем она предполагала. – Я сама не знаю, как держалась! – истерично выкрикнула она.

— На марафете и держалась! – буркнул Андрей Прокофьевич.

Вера Игнатьевна скривила ему гримасу: не время!

— Ольга, ты сама рожала, и не один раз.

— Я… я не представляла, что это так страшно… С той стороны!

Она зарыдала взахлёб и кинулась мужу на грудь. Какова бы она ни была, но он нашёл в себе силы мимолётно приголубить её, поскольку виноват был не меньше. Если не больше.

— Андрей, судя по всему, задержка частей последа в матке. Внутри твоей дочери осталось то, что должно было выйти. И оно начало гнить. Гнить внутри твоей дочери, – княгиня намеренно употребляла слово «дочь» вкупе с притяжательными местоимениями. Это лучше имени подготовляло отца к тому, что она ему скажет. – Твою дочь необходимо неотложно госпитализировать.

— Нет! – закричала Ольга. У полицмейстера мелькнуло в сознании: как близка хрупкая шея этой полоумной женщины…

— Никто. Ничего. Не узнает, – Вера Игнатьевна с профессиональной нарочитостью гастролирующего гипнотизёра выговорила Андрею Прокофьевичу, аккуратно разжимая его пальцы, крепко обхватившие тоненькую шею Ольги. – Пойди, телефонируй в клинику. Позови к телефону Ивана Ильича и никого другого. Назови ему адрес и скажи: конфиденциально от Веры Игнатьевны.

Иван Ильич чуть не трескался от важности, что невероятно забавляло Георгия, сидевшего с ним рядом на козлах.

— Вера Игнатьевна, вишь, сказала, что я ихний ко-фи-дент!

— Конфидент, калач ты непропечённый!

— А это чего? – склонившись, тихо спросил Иван Ильич. Как они есть теперь с Георгием лепшие кореша, так с ним не стыдно. Вера Игнатьевна, опять же, плохого бы не сказала.

— Это значит, что ты умеешь хранить… – Георгий запнулся. Лучшего случая подшутить над Иваном Ильичем не выпадет. – Это что-то вроде интенданта. Такое, значит, начальственное лицо на важной казённой должности. По-ихнему, по-докторски, так на латыни называется.

— О! А то всё лает меня барчук наш то начконом, то начальником живой тяги. А вот она будет моя казённая должность: кофидент.

— Конфидент! – поправил Георгий.

— А я что говорю? Тпру, родимая, прибыли!

Госпитальная карета заехала на больничный двор. К самому входу в женское отделение, где прежде была конюшня. Иван Ильич спрыгнул с козел и протянул Георгию руку.

— Очумел ты, Вань! Я по тебе по вредному уже тоскую! Я что барышня руку мне подавать?!

Из кареты вышли Вера Игнатьевна и Андрей Прокофьевич. Он был раздражён тем, что в действо вовлечены ещё люди.

— Андрей, этим двоим я доверяю безмерно. Да-да, этим двоим простым мужикам я доверю свою жизнь. Это не Ольгины подружки. Мне надоело тебя в чём-то убеждать, будто ты мне большое одолжение делаешь. Позволь, я напомню тебе, что дело обстоит несколько иначе! Это не говоря уже о том, что самое важное сейчас – спасти Анастасию! Твою дочь! Я прощаю тебе твои гнусные соображения, поскольку считаю, что так твой разум ограждается от безумия. Иначе я сочла бы, что вы с Ольгой – те самые два сапога, что пара.