Книга В плену у страсти роковой. Дочери Древней Руси, страница 368 – Любовь Сушко

Я взглянула туда, и поняла, почувствовала, что больше не вижу его. Чертовщина это или реальность, кто это мог знать наверняка. И мимо меня уже мчались туда воины засадного полка, больше ничего я видеть не могла. Хрипели кони, что-то кричали люди. И тогда я уехала куда-то в глушь леса, бросила коня своего и бродила там, ничего не зная и не понимая.

В лесу казалось тихо и прохладно, но, возможно, я просто оглохла, сражение-то было рядом. Сколько времени прошло, не знаю, показалось, что какая-то лапа тронула меня ласково, и я вернулась в этот мир. Очнулась и побежала туда, хотя могла и заблудиться, я не понимала, куда надо идти теперь.

Вот уже и первые убитые были рядом, кто-то метался и стонал. Несколько усталых и измученных воинов брели куда-то, почти натыкаясь на меня. Я пытала их о Михаиле. Они только молча смотрели и ничего не слышали, и не понимали.

На опушке около огня сидели какие-то воины, но ни одного знакомого лица не было рядом. Они искали князя Дмитрия, но никак не могли его найти тоже, но об этом никто не печалился, просто хотелось, чтобы князь оказался рядом и что-то делал. Я на него, на братца своего наткнулась первой, он был так перемазан кровью и грязью, что узнать его почти невозможно. И моя ненависть заставила его сжаться еще сильнее.

— Ты жив, проклятый, а он мертв, не будет тебе покоя ни на том, ни на этом свете.

Он побрел от меня к костру, оглядываясь на тела. И тогда в мерцании огня и появился Михаил. Он был странно спокоен и прекрасен. Я понимала, что он мертв, но поверить в это никак не могла, и только глубокая рана на груди и какие-то странные движения, все это выдавало его тогда. Его и на самом деле разыскали, и принесли к огню, и мне оставалось только накрыть его княжеским плащом, и опуститься рядом с телом. Дмитрий подошел и стоял за спиной. Похоже, он ждал утешения и сочувствия, но могло ли оно быть?

Мне казалось тогда, что и я не доживу до рассвета.

А они говорили все громче о победе, о том, что Мамай бежал, и его поймают, и вернут назад. Безумцы. Они могли думать о том, когда все убиты. Самых лучших не было и не будет никогда. Их хоронили около монастыря утром, я понимала, что хороню не только его, но и себя. Я еще раз взглянула на того, кто был настоящим князем не только для меня, но и для всех тут. Он странно изменился теперь. При свете луны он был совсем другим. Но еще немного и его не будет совсем.

Убиты были лучшие. А остались праздновать свою победу такие трусливые, нелепые и никчемные, как мой братец. Не было княжьего плаща – в нем похоронили Михаила, и он все еще бродил в чужом одеянии. И я подумала о том, что так в его жизни все всегда и было, и видать останется.

Их похоронили первыми, словно хотели поскорее избавиться от воевод и князей, чтобы отделить мертвых героев, от тех, кому удалось выжить

Я хотела остаться здесь. Но быстро вскочила на коня, и помчалась в город к дочери, вдруг понимая, что только она одна у меня и осталась. И по дороге я решила, что буду жить рядом с Дмитрием, останусь для него вечным укором, и никуда он от меня не денется.

Глава 11 Вернуться домой

Добралась я до дома своего без всяких происшествий, Ада смотрела на меня спокойно.

— Мы должны уехать, – вдруг решила я, когда увидела ее, а ведь еще пару часов назад не было такой мысли в голове.