Книга Леди, берегитесь!, страница 92 – Джо Беверли

— Хорошо. Давай отнесем все вниз и примерим.

— Ты действительно надевала его, мама? — спросила Тея, разглядывая себя в зеркале.

— Два раза, — сказала герцогиня, не выпуская из рук длинный дротик. Или это алебарда? Есть и лезвие, и острие… — С пиратским костюмом у меня связаны самые сладкие воспоминания, но костюм Минервы был моим любимым. Ее роль так легко играть! Тебе нужно запомнить несколько умных советов на тот случай, если кто-то попросит богиню продемонстрировать мудрость.

— Берегись грозного оружия?

Герцогиня рассмеялась.

— Я никогда ни на кого не нападала. Просто хорошо смотрится со стороны. Веришь или нет, но в юности у меня была такая же фигура, как у тебя. А какая тонкая талия!

И роскошный бюст, подумала Тея, возблагодарив Господа, что доспехи оказались ей слегка великоваты. Это избавляло от ощущения, что верхняя половина ее тела обнажена. Ей, привыкшей носить платья с завышенной талией, это казалось даже более шокирующим, чем самый низкий вырез из всех ее декольте. Она не повторила свой вопрос: «Ты надевала это, мама?» — но мысленно все же задала.

Конечно, в дни ее юности дамам было привычно подчеркивать пышность верхней части тела, но даже так…

Теперь она надела юбку с рубашкой под нее, но и то и другое доставало ей лишь до колен. Она что, готова появиться на публике с голыми ногами?

Тея села, чтобы Харриет смогла надеть ей сандалии, но когда поднялась и оглядела себя, оказалось, что тесно переплетенные ремешки совсем не добавляли благопристойности. Она схватилась за тунику в надежде, что та прикроет ее и все будет не так плохо, но увидела, что у туники разрез спереди.

Мать застегнула серебряную цепь у нее на талии, однако из-за разреза на груди тонкая ткань оставляла открытой часть серебряных доспехов, а разрез внизу — открытыми ноги при ходьбе.

«Ты надевала это, мама?»

Тея почувствовала, что ее слегка шатает, словно твердое основание уходит из-под ног. Она всегда старалась вести себя правильно, но сейчас не понимала, что это может означать.

У Марии Харровинг была сомнительная репутация, но ее принимали везде.

Мэдди тоже постоянно шокировала общество, но тем не менее, оставалась желанной гостьей.

Герцогиня Йовил — образец респектабельности! — посещала маскарады в образах пират-девицы и полуголой Минервы.

Что ж, прекрасно! Настало время перемен.

Горничная подала шлем — нелепого вида здоровенный котел, который закроет ей волосы, а заодно и часть лица, как маска. Боковые щитки шлема прикрыли ей щеки, пластинка спереди, которая должна была защищать переносицу, доходила до кончика носа, а на макушке красовалась маленькая сова с серебряными перьями.

Должно быть, все это сооружение сделано из пробки с толстой подкладкой внутри, потому что оказалось на удивление удобным.

— В нем будет наверняка душно. И как в нем танцевать?

— Будет, конечно, нелегко, но ты избавишься от него, когда наступит время снимать маски, и еще успеешь потанцевать.

Тея снова повернулась к зеркалу и неожиданно ощутила себя совсем другой. Такая леди может позволить себе опасные приключения и, возможно, небольшие волнующие безумства, такие, как пламенный поцелуй. Она вдруг поняла, что немного обижена на Дариена за то, что даже не попытался поцеловать ее еще раз. Ей требовался настоящий поцелуй как награда за все ее действия во благо этого мужчины после того первого раза.