Книга Леди Жаворонок, страница 88 – Джо Беверли

Лауре никогда не приходилось охотиться за мужчинами, соблазнять их, если не считать Гэла.

Но Стивен был другом, а дружба подразумевает доверие.

Вернувшись в гостиную, Лаура закрыла дверь в его спальню, будто спасаясь от искушения. Взяла роман Вальтера Скотта, но читать не хотелось. Когда пришло письмо от Керслейка, адресованное Стивену, Лаура его не распечатала. Теперь она знала главное: что Г.Г. не Генри Гардейн. Остальное ее не интересовало.

Время от времени Лаура подкладывала дрова в камин, и когда стемнело, зажгла две свечи. Она то и дело подходила к окну, ожидая Стивена. Близилась ночь, и Лауре было страшно.

— Прости, что задержался, – проговорил Стивен, войдя в комнату, – преподобный Лоугуд хотел поговорить со мной. Что-то случилось? – спросил он, взглянув на Лауру.

При виде Стивена она почувствовала дрожь, как это часто с ней случалось. Ее влекло к нему, и это усложняло ее планы. Она предпочла бы принести жертву ради сына, соблазняя мужчину, к которому не питала никаких чувств.

Лаура заставила себя улыбнуться и кивнула на листки, лежавшие на столе:

— Из их разговора я поняла, что действуют они заодно. Оба бывшие заключенные где-то на юге, возможно, в Новом Южном Уэльсе. Дайер не может быть Генри Гардейном.

Стивен пробежал глазами листок.

— Видимо, ты права. Мне очень жаль, Лаура. – Он подошел, взял ее за руку. – Не беспокойся, мы найдем способ обезопасить Гарри.

Лаура высвободила руку.

— Надеюсь, в один прекрасный день я узнаю всю эту историю. Невероятно запутанную. Почему эта пара совершенно разных людей затеяла эту аферу? И почему, как спрашивал Николас Делейни, именно теперь? И кто, черт возьми, этот Оскар Рис? Не успокоюсь, пока не узнаю. По-моему, в этом письме каждое слово имеет скрытый смысл. Это не имеет отношения к заключенным или к тем, кто живет в другом полушарии?

— Думаю, нет. Я много этим занимался, изучая законодательство разных стран. – Он изменил тон и заговорил о другом: – Ветер утих. Пойдем полюбуемся закатом. Наконец-то без бинокля. Он теперь не нужен.

Лаура с удовольствием согласилась и подумала: возможно, ей удастся вдохновить его на предложение и ей не придется соблазнять его. Но, взглянув на себя в зеркало, она засомневалась в такой возможности. Если ей и удастся соблазнить его, то только ночью, когда она опять станет Лаурой.

Так приятно было гулять по берегу, вдыхая свежий морской воздух. Закат был ярким, а не серым, как во время шторма, и окрашивал волны в кроваво-красный цвет.

— Морской воздух действительно лечит.

— Теперь, когда шторм прекратился…

Она обернулась и посмотрела на него.

— Он доставляет удовольствие и в то же время разрушает, – сказала она, а мысленно добавила: «Как любовь и желание».

Лаура пыталась понять скрытый смысл каждого его слова, уловить каждый его взгляд. Он оставался для нее загадкой, и с каждой минутой ее влекло к нему все сильнее.

Они шли по берегу, у самой воды.

Стивен держал ее под руку. Ей безумно хотелось оказаться» в его объятиях, целовать и ласкать его…

— Пойдем обратно, – сказал Стивен.

Солнце садилось, небо потемнело, яркие краски на море потускнели. Лаура была взволнована, Стивен не разделял ее чувств. Это было очевидно.

— Что ты будешь делать, когда окончится траур?