Книга Клинок трех царств, страница 261 – Елизавета Дворецкая

Все верно: к тому времени до громобоя добрался Торлейв и забрал оттуда завернутый в кожу сук, который там оставила Правена.

— Что они собирались сделать с мечом? – спросил Святослав.

— Я не ведаю, господин. Должно быть, отвезти государю нашему Оттону.

Святослав гневно нахмурился, а у Мистины отлегло от сердца. Похоже, об участии Витляны и о попытке Хельмо перетянуть на свою сторону его самого отец Теодор не знал. А раз так, эти тайны сокрыты навеки… если опять не вмешается некто одноглазый.

— Прости меня, если можешь, господин! – Отец Теодор сполз с лавки и снова повалился на колени. – Моих спутников уже покарал Господь, но мне он изволил оставить мою жалкую жизнь, может быть, желая дать мне время раскаяться и заслужить прощение перед ним… Только о Куно я не ведаю, где он сейчас.

— Как это, ётуна мать? – воскликнул Святослав, Асмунд и Вальга тоже встрепенулись. – А он разве не со всеми порублен был?

Вот это новость – что самый опасный из этих гадов цел и невесть где ползает! В тому времени как сам Святослав увидел тела, приглядываться к ним, пытаясь кого-то узнать, было уже почти бесполезно.

— Нет, господин. Мы его не видели с Ночи Летних Огней. Они были с Хельмо вместе. Потом были у господина Мислислава в плену. А потом Куно убежал, но к нам не приходил. Клянусь Святой Девой, в нашем жилище он не показывался.

— Двое немцев были у тебя в плену? – Святослав воззрился на Мистину.

— Только один, – сознался Мистина. – Хельмо. А второго с той же ночи Купальской в живых не было.

По избе снова пролетел ропот изумления.

— Он пытался убить меня, – объявил Торлейв, видя, что разговор опять вернулся к опасной черте. – Если бы не Агнер, мой бережатый, я бы лежал в лесу с перерезанным горлом.

— Они посмели умышлять на тебя?

Святослав не питал особой привязанности к своему двоюродному брату, но попытка убить такого человека его возмутила. Его кровный родич – не какая-то бабка Плынь!

— И как все было? – спросил Асмунд.

— Я… – Торлейв лихорадочно соображал, о чем можно рассказать, – увидел, как Хельмо тащил куда-то… одну девушку знатного рода. Она кричала. Я подошел к ним и спросил, что это он делает. Девушка вырвалась. Я пошел проводить ее к людям, где она будет безопасна. Когда вернулся, Хельмо там уже не было, зато мои двое бережатых показали мне труп его слуги – как мы тогда думали. Все случилось у меня за спиной, я даже не знал, что был на волосок от смерти. Если позволишь, я позову моих людей, они здесь. И ты все услышишь от них.

Святослав кивнул. Торлейв прошел к двери, выглянул на крыльцо и сказал кому-то несколько слов. Он вернулся, а вслед за ним в избу вошел еще один человек – крепкий мужчина лет сорока с небольшим, очень загорелый, с длинными волосами, заплетенными в косы, с косичками в бороде, с надетыми на концы серебряными бусинами. С кожаной повязкой на правом глазу…

Женщины воззрились на пришельца с любопытством. А Святослав охнул и шагнул к нему.

— Хоар! Ты здесь?

Под обычной льняной рубахой нельзя было видеть, есть ли на груди огромный шрам от копья. Но взгляд Святослава невольно устремился к этому месту.

— Да, зовут меня и так, – подтвердил пришелец. – Но имя мое – Агнер. Я, конунг, когда-то был в дружине твоего родича Хельги Красного, а после его гибели лет двадцать провел в сарацинских странах. Только недавно вернулся сюда и решил послужить сыну моего прежнего вождя, он ведь вырос человеком весьма достойным, валлах! Надеюсь, ты с этим согласишься.