Книга Не шей ты мне, матушка, красный сарафан, страница 40 – Вера Мосова

Они стояли у портьеры, когда подошедший господин обратился к Павлу Ивановичу. В тот же миг чья-то рука потянула Нюру за портьеру. Она и моргнуть не успела, как оказалась на лестнице. Алёша стремительно сбегал вниз по ступенькам и тянул её за собой. Вот он отворил какую-то дверцу, и они оказались в подвале. Напахнуло сыростью. Алеша взял стоящий у стенки фонарь, зажёг в нём свечу, опустил стекло и вымолвил:

— Вперёд, красавица! Нас ждёт свобода!

— Куда мы идём, Алёшенька? – спросила она.

— Здесь есть подземный ход, он ведёт к пруду. Когда-то, в пору моей бездомной жизни, нас с мальчишками наняли чистить этот выход. Мы собирали и вытаскивали отсюда обрушившиеся камни, замазывали глиной дыры. Так что я тут все ходы и выходы знаю. Вот это ответвление, – показал он рукой, – ведёт ещё куда-то, говорят, к церкви, но там я не был.

Он тянул Нюру за собой, и она, спотыкаясь, едва поспевала за ним. Порой под ногами хлюпала вода, часто приходилось наклонять голову, чтоб не удариться о своды потолка. Шли они довольно долго, но вот Алёша отодвинул какой-то камень, напрягся и открыл люк. Повеяло свежим воздухом.

Он подтянулся на руках и вылез наружу. Потом подал руку Нюре и вытащил её.

— Пойдём скорей! – потянул он её за руку, – там нас ждёт лодка!

— Стой, Алёша! Так нельзя. Я не могу идти с тобой! Неправильно это! У меня же тут отец! Как он это переживёт?! Только что Маруся им сюрприз преподнесла, а теперь ещё я.

— Но ты же говорила, что любишь меня! Что убежишь со мной! – закричал он на неё.

— Да не могу я, Алёшенька, так поступить с близкими людьми. Они же любят меня! Переживать станут!

— Я тоже люблю тебя! Я хочу быть с тобой!

— Ну, пойми же ты, что нельзя так, не по-людски это! А Павел Иванович разве виноват? Он был так добр ко мне! Что с ним сейчас? Он ведь потерял там меня! Ищет, наверное.

— Тебе твой жених дороже меня? Тебя беспокоит, что с ним будет? – он схватил её за плечи и начал трясти. – А что со мной будет, тебя не беспокоит? Если мы сейчас же с тобой не скроемся, мне грозит тюрьма. Я ведь ради тебя на чужое золото позарился, чтоб жизнь тебе безбедную устроить!

— Я не просила тебя об этом, Алёшенька! Зачем ты это сделал? Отпусти меня, пожалуйста, – со слезами на глазах умоляла она.

— Садись в лодку! – приказал Алексей.

— Нет, я не поплыву с тобой! – твёрдо сказала Нюра.

И тут он с силой ударил её по щеке. Нюра покачнулась, Алексей схватил её, посадил в лодку и сел на вёсла. Она вмиг затихла и с недоумением смотрела на него. Он её ударил? Он, который был с нею когда-то так нежен, сейчас поднял на неё руку? Как такое возможно? Что ждёт её теперь? Она лихорадочно соображала, что же делать. Прыгнуть в воду? Он все равно её вытащит. Силы-то неравны. Он не отпустит её, она это уже поняла и смирилась.

— Куда мы плывём? – спросила Нюра, немного успокоившись.

— На другой берег пруда, на Гальянку. Там переждём до завтра, чтоб бежать дальше. Сегодня у меня есть тут ещё одно дельце.

Она всё-таки решила попробовать спокойно с ним поговорить:

— Я не узнаю тебя, Алёшенька. Раньше ты не был таким. Ты был добр ко мне.

— Ты тоже раньше такой не была, пока к жениху своему не съездила. Тебе богатство его понравилось? Будет тебе богатство!

— Ну, почему ты так со мной? Что я тебе плохого сделала?