Онлайн книга «Милинери»
|
В этот приезд подруга, увидев ожог на ручке крестника, вновь предложила Софье оставить Петю у них. Софья согласилась. Уезжала с тяжелым сердцем, замучила Маргариту наставлениями, пока не заметила в ее глазах тревогу и сомнение. Комната, которую Софья теперь снимала, встретила ее тоскливой тишиной. Сиротливо валялись игрушки в опустевшей кроватке. Ночью Соня спала плохо, ей то и дело чудился детский плач. На работе все валилось из рук, мысли постоянно возвращались на ферму Аллеров. Как там Петечка? Здоров ли? А вдруг Маргарита не уследит за ее шустриком? Мефрау Албертина, выяснив, в чем причина заплаканных глаз, пару дней наблюдала за своей модисткой, а на третий положила перед ней листок бумаги: — Вот адрес моей дальней родственницы, она согласилась за умеренную плату присматривать за Петей, пока ты работаешь. Сегодня вечером она ждет тебя. Если договоритесь, завтра можешь съездить за сыном. Родственница Албертины Шарлотт оказалась приветливой пожилой голландкой, очень аккуратной и немногословной. Женщины быстро договорились. На следующее утро Соня уже сидела в автобусе, отправляющемся в Роттердам. Часть пути ей пришлось пройти пешком, и на ферму Аллеров она прибыла к обеду. Маргарита, сидя на крыльце, перебирала луковицы цветов. Петя спокойно играл в загончике рядом. Увидев Соню, малыш бросил игрушку, радостно заулыбался, потянулся к матери и произнес: «ма-а». — Ты слышала?! — одновременно воскликнули женщины. Узнав, что Софья забирает Петю, Маргарита расстроилась, но спорить не стала. — Конечно, ребенку таки лучше быть с матерью. Без тебя он каждый вечер, каждую ночь плакал, я просто не знала, что делать, как его успокоить. А вдруг заболеет? Кто лучше матери поймет, шо у малыша болит? — Это так. А вот и причина ночного плача, — Соня показала на тоненькую, как ниточка, белую полоску проклюнувшегося первого зубика. Жизнь маленького семейства Осинцевых вошла в свое русло. Каждое утро в шляпный салон приходила Шарлотт и, забрав Петю, катала его в коляске по дорожкам соседнего сквера. К обеду они возвращались, Софья сама кормила сына, меняла штанишки, и киндерюфрау[27] снова отправлялась с ним гулять. В плохую погоду они оставались в мастерской, ребенок спал и играл под присмотром Шарлотт, а Соня со спокойной душой работала рядом. С каждым днем ее мастерство росло, увеличивалось количество клиенток и, соответственно, доход. Софья благодарила судьбу за то, что привела ее к витрине салона фрау Албертины. Рождество Осинцевы встречали у Аллеров. Пока женщины хлопотали на кухне, Патрик играл с крестником в гостиной. Вдруг раздался его взволнованный крик: — Софи! Рита! Смотрите, Питер пошел ножками! Вбежав в гостиную, женщины увидели ребенка, сидящего посреди комнаты. — Ну, давай же, покажи, как ты это делаешь! — манил его Патрик игрушкой, но Петя только смотрел на них удивленными глазами. Соня присела на корточки, поманила сына к себе: — Иди к маме, сынок! И малыш встал. Покачался, как былиночка, шагнул раз… другой… и плюхнулся на попку, вновь встал и… пошел, почти побежал прямо к маме в руки. А та расцеловала сына: — Мой дорогой, ты сделал мне самый замечательный рождественский подарок! Весной исполнился год, как Софья начала работать у фрау Албертины. Как много изменилось в ее жизни! Теперь она смело смотрела в свое будущее. И только сердце тоскливо сжималось при виде влюбленных парочек — неужели ее время прошло? Ах, Иржи, Иржи… |