Книга Милинери, страница 158 – Елена Чумакова

— Доставайте-ка, милые мои барышни, бутылочку винца по такому случаю! — подал голос Петр.

За стеклом иллюминатора проносились серые рваные клочья тумана. Самолет шел на посадку сквозь слой облаков. Наконец под крылом показались знакомый по картам изгиб Невы, прямые стрелы проспектов, частая сеть улиц меж крыш домов, мелькнули и уплыли вбок — самолет разворачивался перед посадкой. Софья сжала пальцами подлокотники, откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Ей довольно часто приходилось ездить и летать, но каждый раз во время взлета и посадки она волновалась. Тем более в этот раз поводов для волнений было больше: после сорокалетнего перерыва она впервые летела в город, где прошли ее детство и юность.

После Всемирного фестиваля молодежи и студентов, прошедшего в пятьдесят седьмом в Москве, приоткрылась щелочка в железном занавесе, у Софьи вновь появилась надежда найти свою семью. Она пыталась попасть в делегацию модного дома Кристиан Диор, приглашенную для показа французской моды в Москву в пятьдесят девятом, но безуспешно. И вот, два года спустя, она летит в составе группы модельеров на закрытый показ, да не куда-нибудь, а в Ленинградский Дом Моделей! И пусть у нее всего четыре дня, она успеет погулять по улицам, которые ей снятся все эти годы, увидеть родной дом, найти ответы на свои вопросы. У нее целых четыре дня!

Резкий толчок, еще один, словно чья-то рука вдавила Софью в кресло, и вот уже рев двигателей стал стихать, самолет замедлил движение, выруливая на место стоянки. Встала и начала собираться сидевшая по соседству пожилая пара. Софья обратила на них внимание еще при посадке в аэропорту Орли. Женщина, видимо, страдала заболеванием ног или позвоночника, передвигалась с трудом, мужчина заботливо помогал ей. Но не это привлекло внимание Софьи, а то, как они смотрели друг на друга, как разговаривали. Они были словно одно целое, и болезнь не была в этом помехой.

Софья сняла тапочки, в которые переобулась на время полета, нашарила ногами туфли. Ноги отекли, и втиснуть их в обувь удалось с трудом. Поясница ныла от долгого сидения, первые шаги отдались болью в ноге. Как ни старайся хорошо выглядеть, а годы свое берут, все-таки ей уже шестьдесят пять, и никуда от этого факта не деться. Как и от того, что рядом с ней так и нет заботливого любящего мужа. Надеяться не на кого, самой справляться надо со всеми своими большими и маленькими трудностями. Занятая этими невеселыми мыслями, она спустилась по трапу под накрапывающим дождиком и потащила свой чемодан ко входу в здание аэропорта. И только пройдя таможню, вспомнила, что пропустила тот долгожданный момент, когда ноги ее впервые ступили на родную землю.

В аэропорту их делегацию встретили молодой человек в сером костюме, представившийся Валерием, их гидом и руководителем группы, и женщина-переводчица. Довольно скоро автобус с надписью «Интурист» уже мчал Софью по прямому широкому шоссе. Отвлекшись на несколько минут, она вдруг обнаружила, что едет по проспекту, по обе стороны которого строятся одинаковые огромные дома из стекла и бетона. Их сменили монументальные здания в стиле нео-классицизма. Софья с удивлением вертела головой направо и налево, совершенно не узнавая родной город. Вот они обогнули величественные Московские триумфальные ворота. Софья узнала их. Раньше это была окраина, конечная станция конки, дальше простирались болота, начинался московский тракт, а теперь это место оказалось в центре проспекта, вокруг кипела жизнь.