Книга Между строк и лжи. Часть I, страница 5 – Елизавета Горская

Ее путь в журналистику был похож на восхождение по лестнице с оборванными ступенями: годы в роли «девочки на побегушках» в душной редакции, где потолок был низок, а взгляды мужчин — полны похабства. Ночи, проведенные за переписыванием чужих заметок при тусклом свете керосиновой лампы, когда пальцы немели от чернил, а глаза слипались от усталости. И тот день — душный, как перед грозой, — когда редактор газеты, строгий, но справедливый мистер Грэм, бросил на ее заваленный корреспонденцией стол записку с размашистым «Харпер, хочешь попробовать что-то стоящее? Найди мне историю», словно кидал кость голодной собаке.

Она нашла. Не историю — бомбу, всколыхнувшую весь Бостон. Первая полоса с ее именем пахла свежей типографской краской и победой. Но здесь, в столовой с портретом прадеда-адмирала, смотрящего на нее через века с немым укором, эта победа казалась пеплом.

— Ваша прабабушка Элеонора, — тетушка провела пальцем по краю блюдца, оставляя след на позолоте, — вышла замуж в шестнадцать. А вы в двадцать пять все еще играете в репортера.

В воздухе повис запах лаванды из букета на камине — аромат, который Вивиан ненавидела. Он напоминал ей о похоронах.

— Возможно, тебе стоит задуматься о более спокойной жизни, — с нажимом произнесла Агата. — Например, выйти замуж.

— Как только преступность в этом городе исчезнет бесследно, обещаю пересмотреть свое отношение к балам и шляпкам, — улыбнулась Вивиан, наслаждаясь тем, как едва заметно дрогнули уголки губ ее тетушки.

— Рано или поздно тебе придется сделать выбор, дорогая, — ровно произнесла Агата, откладывая ложечку. — Или ты выйдешь замуж за приличного человека и будешь жить достойной жизнью… или закончишь в одиночестве, зарабатывая себе на хлеб статьями о пьяных политиках.

— Что ж, если выбора всего два, я возьму третий, — отозвалась Вивиан, откидываясь на спинку стула.

— Третий?

— Да. Стабильный доход, приличное имя в газете и независимость.

Тетушка покачала головой, словно та женщина, что впервые увидела светское платье с глубоким декольте.

За окном прогрохотала конка, нарушив паузу. Вивиан быстро доела свой тост с маслом, допила кофе и, встав из-за стола, аккуратно отодвинула стул.

— Благодарю за завтрак, тетя, — сказала она, чмокнув пожилую женщину в морщинистую щеку. — Было как всегда вкусно.

Агата кивнула, по-прежнему внимательно разглядывая ее.

— Постарайся хотя бы сегодня не вляпаться в очередную авантюру, — наконец сказала она, аккуратно промакивая губы накрахмаленной салфеткой

— Я? Никогда, — лукаво улыбнулась Вивиан. — А сейчас меня извините — опаздываю на встречу с полицейским инспектором. Он обещал рассказать о кражах в порту.

— Инспектор? — тетушка побледнела, будто услышала слово «бордель». — Ты же не пойдешь одна в тот... вертеп?

— В участок на Корт-стрит? — Вивиан надела шляпку с узкими полями и шелковой лентой, смягчающей взгляд. — Не волнуйтесь. Мистер Уиттакер любезно обещал меня сопроводить.

Имя Дэша прозвучало, как пощечина. Тетушка Агата замерла, словно пытаясь решить — успокоиться от мысли, что Вивиан под каким-никаким но присмотром или ужаснуться тому, как много в жизни ее племянницы этого жалкого репортерешки.

На пороге Вивиан обернулась, ловя собственное отражение в зеркале-псише: она поправила пояс платья из шерсти — темно-зеленого, как хвоя в декабре, убрала непокорную прядь с лица.