Книга Принцессы оазиса, страница 146 – Лора Бекитт

— Мы можем ее увидеть? — сдавленно произнесла Халима.

— Да. Но пока она ничего не знает. Я постараюсь ее подготовить, — ответил молодой человек, при этом совершенно не представляя, как это лучше сделать.

На следующий день они впервые выехали из оазиса. Идрис — на Джамиле, Жаклин — на Айми.

Унылый голый пейзаж мог показаться радостным только бедуинам. А еще тем, кто безудержно, страстно влюблен и смотрит на все через призму своего чувства.

В пустыне Жаклин впервые познала, что тишина не есть отсутствие шума, что в ней есть место и свисту ветра, и хлопанью птичьих крыльев. Удивительная прозрачность воздуха делала восприятие этого огромного мира поразительно четким, а быстрая скачка вызывала невыразимую радость. Девушке чудилось, будто она всем своим существом прониклась счастьем жизни в пустыне, когда у тебя всего в достатке, хотя, по сути, ты ничего не имеешь.

Они остановились, когда оазис остался далеко позади. Сияние неба над головой смягчалось легкими белыми облаками, а блестящий, словно золото, песок под ногами был покрыт короткой редкой травой не выше лошадиного копыта.

Жаклин чудилось, будто воздушный океан омывает ее тело невидимыми потоками, обволакивает и манит вдаль.

Идрис смотрел на нее с каким-то новым выражением, словно боясь, что она растает, как мираж. Он знал, что только от него зависит, когда наступит тот миг, что непоправимо переломит жизнь этой девушки, направит ее в новое русло.

Каково понять, что тебя обманули, заставили жить не своей жизнью? Узнать, что твои родители — совсем другие люди?

— Говорит ли тебе что-нибудь имя Байсан?

Жаклин сверкнула улыбкой. Ее большие черные глаза задорно блестели. Ожерелье Анджум красиво переливалось на смуглой коже. Легкая и стройная, она изящно сидела на своей чалой кобыле.

— Еще одна твоя сестра?

Идрис покачал головой. Ему было больно оттого, что Аллах возложил на него миссию разрушения иллюзий этой прекрасной девушки. Но с другой стороны — он разрывал фальшивую оболочку и выпускал на волю истину.

Молодой человек спешился, и Жаклин последовала его примеру. Идрис заметил в ее взгляде тревогу, предчувствие чего-то дурного и решил, что больше не стоит ждать.

Пока он говорил, девушка стояла как вкопанная, словно будучи не в силах сдвинуться с места, и, не отрываясь, смотрела ему в глаза.

Ее веселье будто унес ветер. Она сникла, стала молчаливой и отчужденной, будто ушла в свой недоступный никому другому внутренний мир. Идрис мог только догадываться, какая борьба идет в ее душе.

Прошло несколько минут, и Жаклин с надрывом произнесла:

— Это неправда! Мой отец — полковник Фернан Рандель! Мою мать зовут Франсуаза! Я француженка, а не арабка!

— Полковник?

— Да, он служит в штабе армии.

Идрис отшатнулся. Все оказалось во сто крат хуже, чем он думал. Благодаря роковому стечению обстоятельств он сбился с предначертанного ему пути. Однако никому не дано стать выше своей судьбы.

— Враг моего народа.

— Хоть бы и так! — в сердцах воскликнула Жаклин и добавила: — Я хочу вернуться домой.

— Ты не желаешь увидеть своих настоящих родителей?

— Которые, как ты говоришь, меня продали? Нет.

— Почему ты мне не веришь? — спросил Идрис, и она ответила:

— Я поверю только тогда, когда увижу Анджум.

— Но ее здесь нет.

— Если я действительно ношу ее ожерелье, тогда я смогу узнать, где она. Я спрошу об этом у человека, который мне его дал.