Книга Принцессы оазиса, страница 112 – Лора Бекитт

Лейтенант ошибался: Анджум ушла, чтобы разыскать Идриса. С некоторых пор его статус шейха разделял их, и, как простая обитательница оазиса, она не могла вести себя с ним как прежде. Но сейчас она решилась нарушить запрет.

Девушка знала, что молодой человек каждый вечер проезжается на Джамиле, и остановилась на краю оазиса, чтобы его подождать.

Ощетинившиеся широкими зелеными листьями пальмы вздымались в слепящее небо. Над красноватыми дюнами царил мертвый покой.

Анджум знала, что рано или поздно Идрис появится. Она много раз следила за его возвращением. Он выезжал в одно и то же время и всегда без охраны. Он любил одиночество, ощущение того, что пустыня принадлежит только ему.

Увидев девушку, молодой шейх спрыгнул с коня и быстро подошел к ней. Его взгляд был внимательным и приветливым, и Анджум перевела дыхание. Похоже, его отношение к ней ни капли не изменилось.

И все же она не осмеливалась начать разговор. Заметив это, Идрис спросил:

— Что случилось?

— Я хотела… — начала Анджум и запнулась.

Молодой человек невольно сделал жест, будто собирался положить руку на ее плечо, но в последнее мгновение сдержался.

— Я твой брат и твой шейх: ты можешь признаться мне в чем угодно. Несколько лет назад я взял тебя под свое покровительство и никогда не забуду об этом.

— Я не знала, что ты можешь быть жестоким, Идрис! Нельзя заставлять человека умирать такой смертью! — прошептала Анджум, содрогаясь от сознания собственной дерзости.

Он тоже вздрогнул от неожиданности и попытался улыбнуться. Он не рассердился, а просто немного напрягся. Девушка почувствовала, что он ответит ей не так, как ответил бы любому другому человеку.

— Ты о том белом? Анджум! Ты единственный человек, способный указать мне на мои недостатки, коими я наделен гораздо в большей степени, чем достоинствами. И все-таки ты рассуждаешь, как женщина. Пойми, у меня нет никакого личного интереса мучить или убивать этого европейца. Но я слуга своего народа, я должен помнить об обязанностях, наложенных на меня Кораном.

— Но ты не знаешь, какой он, этот человек!

— Мне довольно знать, что он направлялся сюда для того, чтобы уничтожить наш оазис. Чтобы убить тебя, меня и всех остальных. Полагаю, он бы не стал задумываться о милосердии.

Повисло долгое молчание. Наконец Анджум обронила:

— Ты принял Кабира.

— Я позволил ему остаться в оазисе. Его судьбу решит совет племени. Получается, он обелил себя, вернул себе доброе имя, — нехотя ответил Идрис.

— Бесчестным поступком?

— О чем ты? Он взял в плен врага.

— Он с ним не сражался. Он воспользовался его беспомощностью. Это говорит о многом.

— О Кабире мы и так все знаем, — сказал Идрис и заметил: — Он пришел с женщиной. Полагаю, теперь тебе нечего его опасаться.

— Мне кажется, он затаил на меня злобу. Как и на тебя.

Идрис горделиво вскинул голову.

— Думаешь, я боюсь его!

— Хотя, — задумчиво продолжила девушка, — едва ли он станет тебе вредить: ведь ты женишься на Кульзум.

— Вижу, ты не одобряешь решение моего покойного отца.

— Просто поскольку… ты мой брат, я предпочла бы, чтобы ты женился на той, кому хотел бы подарить каменную розу.

— Я не распоряжаюсь собой и не принадлежу себе. И в мирских, и в духовных делах я действую в интересах племени.

Анджум посмотрела на него странным взглядом, так, будто могла увидеть его насквозь и прочитать его судьбу.