Книга Я – Мелантэ, страница 31 – Джо Смит

— Туда, где нет чужих глаз, – он обернулся, и в уголке его губ мелькнула лукавая улыбка. – Хочу показать тебе Итаку такой, какой её знаю только я.

Я засмеялась, поднимая подол хитона, чтобы не запнуться о траву.

— Если ты собираешься похитить меня и оставить жить здесь, я даже не буду возражать.

Телемах на мгновение замер, а затем шагнул ближе, его взгляд потемнел, и я почувствовала, как внутри зародилось нечто горячее, первобытное.

— Ты уже принадлежишь этому месту, Меланте, – его голос был низким, почти шепотом.

Я не ответила. Потому что знала – он прав.

Мы добрались до небольшой бухты, укрытой скалами и соснами, склонившимися над водой, словно древние стражи, молчаливо охраняющие этот уголок от всего мира. Волны тихо омывали берег, унося с собой перламутровые ракушки и мелкие камешки, перекатывая их в такт своему вечному ритму. Вода была прозрачной, и сквозь нее просматривалось дно, усеянное гладкими камнями и пятнами морской травы, которая лениво колыхалась в глубине.

Я опустилась на плоский, нагретый солнцем камень у воды, скинув сандалии и позволяя прохладным волнам коснуться моих ног. Они ласково окутали кожу, оставляя после себя крошечные пузырьки пены, словно лёгкие поцелуи моря. Прибой звучал умиротворяюще, с каждым новым касанием песка он рассказывал мне историю – о кораблях, что бороздили эти воды, о штормовых ночах и спокойных рассветах, о странниках, которые когда-то приходили сюда, как и я.

Пляж простирался небольшой полосой между скал, покрытый мягким песком, перемешанным с вкраплениями гальки и кусочками выбеленных солнцем раковин. Вдалеке, у самого края воды, виднелись глубокие следы чаек, а дальше кромка прибоя становилась зеркальной, отражая небо, полное золотистых бликов.

Сосны, возвышающиеся на прибрежных склонах, наполняли воздух терпким ароматом смолы, смешиваясь с солёным дыханием моря. Их узловатые корни крепко вцепились в каменистую землю, а изредка падающие иголки мягко оседали на песок, создавая причудливый узор.

Телемах подошёл ближе и сел рядом, его тень легла на воду, и я заметила, как солнечные лучи заиграли на поверхности моря, покрывая его рябь тонкой серебристой сеткой.

— Здесь всегда так красиво? – спросила я, впитывая в себя эту тишину, это ощущение вечности.

Телемах усмехнулся, глядя на горизонт, где море и небо сливались в бесконечность.

— Да, но сегодня особенно, – он повернулся ко мне, его глаза отражали тот же глубокий синий цвет, что и волны, – потому что ты здесь.

Он обнял меня, и я утонула в его тепле, ощущая, как его тело прижимается к моему – крепкое, горячее, родное. Его губы коснулись моих медленно, будто смакуя этот момент, и поцелуй оказался тягучим, как мёд, густым, сладким, затягивающим в пучину ощущений. Я чувствовала, как его руки скользят по моему телу – сначала мягко, осторожно, но с каждым мгновением в них росла жадность, требовательность, от которой по моей коже пробежала дрожь.

Он целовал меня так, словно боялся, что это наше последнее прикосновение, словно хотел запомнить вкус моих губ, тепло моей кожи. Его ладони нашли мои бёдра, сжали их чуть сильнее, заставляя меня выгнуться навстречу, отвечая на этот зов.

— Меланте… – его голос звучал хрипло, в нём звучало не только желание, но и что-то более глубокое, неотвратимое.