Книга Прекрасные маленькие глупышки, страница 182 – Оливия Хоррокс

— Как много он тебе рассказал? — спросила я с тревогой.

— Он рассказал мне о Лоренсе — если ты это имеешь в виду.

— Ну и? — Я внимательно смотрела на Александра, но его лицо снова стало непроницаемым.

— Он мой брат, и я люблю его. Мне безразлично, с кем он предпочитает быть… Если это не ты, — добавил он с лукавой усмешкой. Я ответила ему улыбкой. Слава богу, Генри нашел в своей семье того, кому смог довериться. — Ужасно, что я не знал, как он страдал из-за своей тайны. Я так зациклился на том, чтобы защитить его и Роуз от финансовых проблем, что не был близок с ними тогда, когда они больше всего во мне нуждались. Генри признался, что стал счастливым с тех пор, как перестал притворяться кем-то другим… И посоветовал мне сделать то же самое.

— Итак, кем же ты действительно хочешь быть? — спросила я, не в состоянии скрыть боль в голосе. — Казалось, ты решил это для себя уже тогда, когда я задала тебе такой вопрос на вечеринке.

— Берди… — Мое имя звучало в его устах как молитва. — Мне не следовало так говорить с тобой. Я был пьян и зол и считал, что ты влюблена в моего брата, хотя это и не оправдывает мое поведение. Я подумал тогда, что, возможно, мне будет лучше без тебя. Но если раньше я воспринимал свою жизнь как пытку, то дальнейшее мое существование — без тебя — превратилось в один сплошной кошмар. Я всегда ставил обязательства выше своих чувств, и это дорого мне обошлось. Больше я не хочу так поступать: пришло время поставить на первое место свое сердце.

На лбу у Александра обозначилась морщинка, и он потер усталые глаза. Я боролась с желанием прикоснуться к его щеке, погладить его лицо, чтобы эти беспокойные морщинки исчезли с него.

— А с тем, чего хочет твое сердце, ты разобрался? — прошептала я, глядя на его отражение в зеркальной поверхности озера.

— У меня никогда не возникало никаких сомнений относительно того, чего хочет мое сердце. — Александр искоса посмотрел на меня, и мой пульс участился. — Я был дураком, когда позволил тебе так легко ускользнуть, Берди. То ли слишком слепым, чтобы заметить, как сильно в тебя влюблен, то ли слишком глупым, чтобы что-нибудь предпринять.

Его взгляд притягивал как магнит. Он ждал моего ответа. Но я в кои-то веки не могла произнести ни слова, и он продолжил:

— Вот почему я здесь. Я пришел сказать, что влюблен в тебя. — Александр выдохнул, и мышцы на его лице немного расслабились. — Ну, вот я сделал это. Я влюблен в тебя, Берди, безумно влюблен. Когда я встретил тебя в первый раз, то почувствовал, что мои глаза впервые открылись, и не мог наглядеться. Все казалось таким волнующим, когда мы были вместе. Ты так легко наполнила мою жизнь светом, словно провела своей кистью по полотну. Ты помогла мне вновь обрести любовь к музыке. Ты заставила меня смеяться, как я не смеялся с детства. Ты остроумная, красивая и страстная, и мои брат с сестрой обожают тебя. Как я мог когда-то подумать, что ты не вписываешься в мою жизнь! Ты и есть моя жизнь, Берди, без тебя она не имеет смысла.

Неужели это окажется жестоким сном? Может, у меня бред от переутомления? Я тихонько ущипнула себя за ногу, чтобы посмотреть, не проснусь ли. Но нет, мы по-прежнему находились в парке, и теперь у меня болела нога. Александр с тревогой глядел на меня в ожидании ответа. Но кровь так сильно шумела в ушах, что я не слышала своих мыслей.