Книга Вечное, страница 138 – Лиза Скоттолайн

— Мы можем поговорить наедине, Сандро?

— Я скоро! — бросил он через плечо, а потом закрыл за собой дверь, пытаясь сообразить, что делать. — Прости, тут трудно найти уединенное место.

— Может, тут поговорим?

— Они все услышат.

— На улицу?

— Еще хуже. Давай спустимся на площадку.

Элизабетта стала спускаться по ступенькам, оставляя за собой шлейф чудесного аромата, и Сандро пошел следом; сердце его болело. Было невыносимо больно снова ее видеть, и чувства, которые он так долго подавлял, нахлынули с новой силой. Они остановились на лестничной площадке, Элизабетта повернулась, строго сложив руки перед собой, будто собиралась что-то сказать.

— Это ты оставил у моей двери блокнот, Сандро, подарок ко дню рождения? И подделал записку, чтобы я подумала, будто это от Марко?

Она ошеломила его. Элизабетта догадалась верно, он не знал, что ответить. Сандро и подумать не мог, что она сообразит, кто это сделал. Он подарил ей блокнот, зная, что Марко вряд ли его подарит. Сандро просто хотел, чтобы Марко в ее глазах был хорошим парнем.

— Ответь, пожалуйста, Сандро.

— Он любит тебя, Элизабетта. Выходи за него замуж.

— Не выйду. Я с ним сегодня порвала.

Сандро мученически вздохнул:

— Я же говорил, что больше тебя не люблю.

— Не верю, — возразила Элизабетта, прижалась к нему и поцеловала. Сандро ответил на поцелуй, чувствуя, как разбитое сердце наполняется любовью.

— Какого черта? — На площадке внизу стоял Марко с раскрасневшимся от возмущения лицом. — Значит, вы встречались за моей спиной?

Сандро отскочил от Элизабетты.

— Марко…

Она покачала головой:

— Послушай, Марко…

— Нет! — Его полные боли глаза затуманили слезы. — Ты нарочно это провернул, Сандро! Оставил блокнот под дверью и не сказал мне! Хотел меня подставить! — Уязвленный, он указал на Элизабетту. — А ты предала меня с лучшим другом! Удачи вам!

Марко развернулся и помчался вниз по лестнице. Сандро бросился за ним, но тот уже выскочил на улицу.

— Подожди, Марко! — Сандро поспешил в погоню, краем глаза заметив соседей, прильнувших к окнам.

— Отвяжись! — Марко развернулся на бегу. — Забирай ее! Хватит с меня вас обоих!

Сандро остановился. Он знал, что Марко в таком состоянии ничего не соображает, друг всегда подчинялся порывам сердца.

— Все вы евреи брехуны! — прокричал Марко. — Грязные брехуны!

Сандро вздрогнул, услышав мерзкое оскорбление, эхом разлетевшееся среди домов. Соседи отошли от окон, закрыв ставни. Сандро стоял, глядя, как Марко исчезает во тьме и его черная форма сливается с ночью.

Он повернулся и пошел домой.

Отослать прочь Элизабетту — снова.

Марко, 9 июня 1940

Марко торопливо шел по гетто с затуманенными от слез глазами. Сердце колотилось, грудь тяжело вздымалась. Он трясся от злости, спотыкаясь о брусчатку. Никогда еще ему не было так больно. Элизабетта и Сандро вместе. Он сам видел.

Какой-то прохожий шарахнулся от него, и Марко опустил голову. Он так сильно любил и Элизабетту, и Сандро. Беспрекословно им доверял. Их предательство вонзилось в него точно нож.

Марко, потрясенный и разозленный, отбросил волосы назад. Вино дурманило голову. Не стоило так громко выкрикивать оскорбления. Лишь об этом он сожалел. Ему хотелось причинить Сандро такую же боль, какую тот причинил ему.