Книга Елизавета Йоркская. Последняя Белая роза, страница 291 – Элисон Уэйр

Елизавета посчитала это разумным:

— Вы уверены, что с вами все будет в порядке?

— У меня есть мои дамы, они меня утешат. Не переживайте.

Елизавета вернулась к письму:

— Леди Коттон спрашивает: где вам будет угодно, чтобы Эдуарда похоронили? Моя дорогая, я сегодня же напишу аббату Вестминстера и поручу ему найти место в аббатстве. О цене не беспокойтесь, расходы я возьму на себя. Вот, это деньги на подарки няне и колыбельной няньке Эдуарда. – Она достала кошелек.

В тот же день Екатерина уехала, аббат дал ей носилки, и дальше в Вудсток Елизавета отправилась одна. Там королеве стало нездоровиться. Плохое самочувствие – результат потрясения от известия о смерти племянника, которое добавилось ко всему прочему, так сказала себе Елизавета, однако состояние ее было настолько плохим, что пришлось лечь в постель и вспомнить весну, когда она испытывала такие же симптомы. Теперь ей хотелось, чтобы Генрих был рядом, но идти на попятный и заглаживать возникший между ними разлад было еще слишком рано; чувства ее по отношению к супругу оставались весьма противоречивыми. Ох, но она так измучилась, голова болела, а сердце билось тяжело и неровно. Когда Елизавета вставала, чтобы воспользоваться уборной, у нее начиналось головокружение и она не могла дышать. Что происходит?

Королева подумала, не послать ли за врачом. В Оксфорде наверняка найдется несколько опытных докторов, и управляющий непременно их знает. Глупо было не взять с собой доктора Льюиса. Но такие недомогания уже бывали у нее, и она поправлялась. Елизавета решила подождать в надежде, что отдых ей поможет. Она лежала в постели и молилась о скорейшем выздоровлении, о благополучном разрешении от бремени и ради тех же целей посылала приношения в разные местные святилища и церкви.

К августу Елизавета достаточно оправилась, чтобы продолжить путь, и решила не прекращать поездку. Вернуться назад сейчас было бы неразумно. Она уже не испытывала такой острой враждебности к Генриху, но ей еще нужно побыть одной.

Через неделю Елизавета оказалась в Уэльсе. Погода стояла отличная, дороги сухие. Она уехала далеко от Генриха и от двора. В Монмуте подарила местному монастырю два красиво расшитых облачения священников. Затем поехала в замок Раглан, где ее кузен, лорд Герберт, оказал ей радушный прием. Он был побочным сыном последнего герцога Сомерсета, который сложил голову в ходе недавней войны, и последним мужским потомком Бофортов.

За обедом в главном холле он заговорил о прежнем владельце замка, своем тесте Уильяме Герберте, графе Хантингдоне.

— Он женился на одной из кузин вашей милости, Екатерине Плантагенет.

Внебрачной дочери Узурпатора. Елизавета слышала об этой женщине, но никогда с нею не встречалась.

— Оба они уже мертвы. Замок достался мне от моей доброй супруги, дочери Хантингдона от первой жены. – Он похлопал по руке леди Герберт.

— Я помню, как присутствовала на вашей свадьбе… Когда это было? Десять лет назад? – Елизавета улыбнулась, чувствуя, как на нее снова наваливается утомление, и желая поскорее лечь в удобную постель, которая ждала ее наверху.

— Да, мадам. Это была такая честь для нас – присутствие на нашей свадьбе вашей милости и короля.

Они говорили, пока Елизавета не удалилась на покой, извинившись и чувствуя головокружение от усталости.