Книга Елизавета Йоркская. Последняя Белая роза, страница 265 – Элисон Уэйр

— Можно подумать, недостаточно проблем, которые доставил нам де ла Поль! – начал он, не успела Елизавета вздохнуть. – Я был щедр! После смерти Линкольна и Акта о лишении прав и состояния я сделал его брата Эдмунда графом Саффолком, вы помните? А в прошлом году, когда Саффолк в ярости убил какого-то подлеца, я простил его. Некоторые негодяи считали его законным йоркистским претендентом на трон, но я всегда доверял ему. А теперь, похоже, Саффолк возомнил себя обиженным, так как я недостаточно дал ему и не сделал герцогом, как его отца. Он покинул Англию, обосновался при дворе Максимилиана и называет себя Белой розой. Мало того, сэр Джеймс Тирелл, комендант Гина, подстрекал его к бегству. Я приказал Тиреллу сидеть дома, но до Саффолка мне не добраться.

— Вы были добры к нему сверх меры, а он так поступает с вами.

Но Елизавета думала не о Саффолке. Она вспоминала слова аббата Истни, который много лет назад говорил ей, что сэр Джеймс Тирелл по приказу короля Ричарда побывал в Тауэре в момент исчезновения ее братьев. Она давно задавалась вопросом: имеет ли он к этому какое-то отношение? И вот Тирелл снова проявил себя, поддержав изменника.

Генрих расхаживал по комнате, как делал всегда, когда бывал взволнован.

— Бог знает что подумают Фердинанд и Изабелла об этой новой угрозе моему трону. После казни Уорбека и Уорика я переживал, как бы не объявился какой-нибудь новый самозванец. Мои лазутчики за границей считают, что Саффолк опасен. Я приказал публично обвинить его в измене у Павлова креста, и епископ Лондона объявит его отлученным от церкви.

Елизавета села, едва переводя дух. Саффолк был ее кузеном, выполнял важную роль во время коронации и разных церемоний при дворе. Она симпатизировала его матери, тете Саффолк. Отступничество этого человека обрушилось на нее как гром среди ясного неба.

Хорошо, что сестры здесь. В тот вечер Елизавета собрала их у очага, и они стали рассуждать о том, что толкнуло Саффолка на такой поступок.

— Могу предполагать только самое худшее, – в тревоге промолвила Елизавета.

— Ужасно, что еще один наш кровный родственник оказался предателем, – сказала Анна, которая выглядела бледной при свете огня. Она снова была беременна и плохо себя чувствовала.

— Это отразится на нас, – вступила в разговор Екатерина. – Король может решить, что нам нельзя доверять.

— Он знает, что мы преданы ему, – отмела эту мысль Елизавета. – Он боится нашей родни. Линкольн претендовал на трон, очевидно, у Саффолка те же амбиции. Может быть, недовольство тлело в его уме все эти годы.

— Он – горячая голова, и его младший брат Ричард тоже, – добавила Сесилия. – Но я не думаю, что у него хватит мозгов спланировать заговор.

— Зато у Максимилиана хватит, – вставила Елизавета. – Предполагается, что он – наш союзник, но этот человек способен доставить нам массу неприятностей, как уже делал, когда приютил у себя Уорбека. Он хитрый лис.

Две недели спустя Елизавета все еще печалилась из-за предательства Саффолка. Однажды вечером, лежа в постели и пытаясь читать один из романов Кекстона, она заметила, что слова бессмысленно пляшут у нее перед глазами. Когда Саффолк начнет действовать, если он и правда предпримет что-нибудь? Неужели их вечно будут осаждать самозванцы? Она так устала от этого, нестерпимо устала.