Книга По милости короля. Роман о Генрихе VIII [litres], страница 285 – Элисон Уэйр

Однако Анна определенно обладала некоторыми приятными личными качествами. Держалась она с королевским достоинством. Гарри довольно скоро приметил, что эта женщина добра и не лишена чувства юмора, дружелюбна без излишней фамильярности и трогательно старается ему угодить. Ее хорошо научили, как выполнять свой скромный долг супруги, хотя король подозревал, что в плотских делах она может оказаться совершенно невинной и малоприятная обязанность просветить ее ляжет на него. Он провел бессонную ночь, представляя себе, во что это выльется.

На следующий день Гарри покинул Рочестер, как только это позволили приличия, отдав привезенные меха сэру Энтони Брауну, чтобы тот преподнес их Анне. Позже, когда они сели в лодку и отправились назад, в Уайтхолл, король не сдержался и обратился к сэру Энтони:

— Я не вижу в этой женщине ничего из того, что мне о ней говорили, и удивляюсь, как могли умные люди давать такие лестные отзывы?

Браун смешался:

— Мне очень жаль, что ваша милость оказались в таком затруднительном положении.

— Кое-кому придется пожалеть еще больше! – прорычал Гарри.

Кромвель топтался в галерее, которая вела от причала к королевским апартаментам.

— Понравилась ли вашей милости принцесса? – с улыбкой спросил он.

— Нисколько, она совсем не такая, какой мне ее описали! – резко ответил Гарри. – Если бы я знал столько, сколько мне известно теперь, она вовсе не появилась бы в моем королевстве.

Он вспомнил паштет из кабана, который неожиданно прислал ему в подарок на Рождество король Франциск, – явный знак его желания возобновить дружбу с Англией, а это делало союз с Клеве совершенно ненужным. Если бы он тогда понял намек! Но его ослепила страстная увлеченность Анной, и всего-то по ее портрету, бог мой! Разве найдется кто-нибудь глупее старого дурака!

Кромвель будто весь съежился под своим меховым одеянием. На лбу у него выступил пот, несмотря на январский холод.

— Мне грустно слышать это, – прохрипел он. – Она вела себя неподобающим образом?

— Нет, но она мне не понравилась! – Гарри затопал прочь, оставив Кромвеля изнемогать от беспокойства.

Во всем виноват он, ему и отвечать.

После обеда двор отправился в Гринвич, где должна была состояться свадьба. Назавтра в полдень под звуки труб, в сопровождении Норфолка, Саффолка и Кранмера Гарри верхом проехал через Гринвичский парк навстречу огромной толпе народа, собравшегося на Блэкхите для официальной встречи Анны. Король восседал на коне, покрытом золотой парчой с жемчугом, и был одет в расшитый золотом пурпурный бархатный плащ с крупными пуговицами из бриллиантов, рубинов и восточных жемчужин, а на голове у него красовался яркий берет, украшенный драгоценными камнями. Гарри едва не поперхнулся при мысли, что заказал всю эту одежду для события, которое считал счастливейшим в жизни. Он не предполагал, что ему придется через силу натягивать на лицо улыбку, изображая радость.

Наконец король увидел процессию Анны, приближавшуюся со стороны Стрелкового холма. Когда невеста подъехала к нему на жеребце в великолепной упряжи, он увидел, что она одета в нелепое платье из золотой парчи, скроенное по голландской моде и без шлейфа. Гарри приподнял с головы берет и двинулся к ней с самым любезным, как он надеялся, выражением на лице, поприветствовал и обнял принцессу под громкие крики толпы.