Книга Мария I. Королева печали, страница 226 – Элисон Уэйр

Марии удалось задеть людей за живое, атмосфера в зале слегка разрядилась. Однако оставался еще один болезненный вопрос, который волновал и будоражил подданных.

— Что касается моего брака, я не вольна следовать своим желаниям, ибо отнюдь не стремлюсь выйти замуж. Я благодарю Господа, что до сих пор была девственницей. Однако если, как это делали до меня мои предки, Господу будет угодно, чтобы я оставила после себя плод чрева своего, наследника, который будет вами править, то, полагаю, вы не только возрадуетесь, но и будете знать, что это пойдет на общее благо. Если лорды и простые люди не поймут, что замужество мое совершается в интересах нашего государства, то даю вам свое королевское слово, что до конца жизни останусь безбрачной. – Мария встала, выпрямившись во весь свой невеликий рост. – Я намерена жить и умереть вместе с вами, не щадя сил для нашего святого дела, ибо ваша судьба, ваше имущество, ваша честь, ваша личная безопасность, ваши жены и дети находятся под угрозой. Если вы будете вести себя как хорошие подданные, я встану за вас стеной, поскольку вы заслуживаете заботы своей королевы. А теперь, мои добрые подданные, наберитесь смелости и встретьте мятежников лицом к лицу, как пристало мужчинам, и не ведайте страха, ибо, истинно говорю я вам, я их совсем не боюсь.

После короткой паузы толпа взорвалась яростными аплодисментами. Головные уборы полетели в воздух, кое-кто вытирал слезы. Было очевидно, что преданность своей королеве заставила забыть о неприятии выбранного ею супруга. Мария и сама глотала слезы радости. Она все-таки сумела перетянуть общественное мнение на свою сторону.

— О, как мы счастливы, что Господь подарил нам столь мудрую и смелую королеву! – воскликнул потрясенный Гардинер, когда она спустилась по лестнице.

— Я в жизни не видел более непоколебимой леди, чем ваше величество, – обратив на нее восхищенный взор своих прекрасных глаз, прошептал Ренар.

После той знаменательной речи тысячи мужчин поднялись на бой с мятежниками. И весьма кстати, поскольку армия Уайетта уже насчитывала семь тысяч человек и стремительно увеличивалась. Повстанцев удалось остановить возле Саутуарка, где горожане трудились всю ночь, чтобы сделать Лондонский мост непроходимым. Уайетт ограничился разграблением приората Святой Марии Овери в Суррее и расположенного неподалеку Винчестерского дворца.

И все же Лондон пребывал в волнении. Лорд-мэр распорядился, чтобы каждый мужчина стоял у двери своего дома, высматривая мятежников. Для поддержания боевого духа речь королевы на всех углах зачитывали герольды. Люди в панике кружили по городу, женщины рыдали от страха и, загнав домой детей и незамужних девиц, запирали двери на засов. На улицах раздавали доспехи, поскольку магазины были закрыты, а витрины заколочены.

Уайтхолл замер в тревожном ожидании. Вооруженные стражники охраняли зал для приемов, придворные дамы плакали, причитали, в ужасе заламывали руки из страха, что их либо изнасилуют, либо убьют. Однако Мария сохраняла хладнокровие и спокойно принимала доклады о развитии событий.

— Все в руках Господа, – успокаивала она придворных. – Если Он за нас, кто может быть против нас?

Советники уговаривали Марию отдать приказ направить пушки Тауэра на другой берег реки и расстрелять мятежников, однако она воспротивилась: