Книга Мария I. Королева печали, страница 214 – Элисон Уэйр

И все же…

* * *

Два дня спустя она снова вызвала к себе Ренара и слезно попросила его подтвердить, что все, сказанное про Филиппа, чистая правда.

— Он действительно отличается ровным характером и взвешенностью суждений?

— Его высочество обладает такими достоинствами, которых нет ни у одного другого принца на свете, – заявил Ренар.

— Я рада это слышать, – ответила Мария. – Но вы уверены, что ваши слова не обусловлены исключительно симпатией к нему?

Ренар погладил ее по руке:

— Мадам, заклинаю вас взять мою честь и мою жизнь как залог искренности этих слов.

Тем не менее Марию продолжали терзать сомнения.

— Нельзя ли устроить мне встречу с принцем, чтобы я смогла увидеть его, прежде чем принимать окончательное решение?

Ренар, обычно сдержанный, выглядел явно шокированным.

— Нет, мадам. Ни один принц не согласится, чтобы его выставляли, словно товар на рынке. – При этих словах Мария съежилась от стыда, но тут Ренар с улыбкой продолжил: – Впрочем, я не сомневаюсь, что он поспешит сюда, как только вы примете его предложение, поскольку наслышан о ваших величайших добродетелях.

И Марии пришлось удовлетвориться столь неопределенным ответом.

* * *

Снова обдумывая предложение императора, Мария нашла в нем целый ряд преимуществ. Филипп уже имел значительный опыт управления государством. Он был богат и мог рассчитывать на неисчерпаемые ресурсы Габсбургов, что делало его более чем удачной партией с точки зрения строптивых фракций Совета. К тому же Филипп являлся родственником ее обожаемой матушки и стойким поборником католицизма.

Марии лишь хотелось узнать больше о нем не как о принце, а как о мужчине. Она по-прежнему подозревала, что Ренар его чрезмерно расхваливал исключительно из дипломатических соображений. А еще до ее ушей дошли тревожащие душу слухи о Филиппе. Похоже, слухи эти поползли совсем недавно, и у Марии закралось подозрение, что это дело рук Куртене, подстрекаемого Гардинером. Быть может, Куртене до сих пор лелеет надежду жениться на ней. На днях он, к величайшему облегчению Марии, сообщил, что не намерен жениться на Елизавете. Его мать, леди Эксетер, только сегодня умоляла Марию не выходить замуж за иностранца. Конечно, у леди Эксетер имелись честолюбивые планы насчет своего сына, однако Мария настолько рассердилась на нее за вмешательство в чужие дела, что приказала выселить бывшую подругу из апартаментов при дворе. Когда маркиза, расстроенная тем, что невольно оскорбила королеву, бросилась ей в ноги, Мария простила бедняжку и отменила приказ, поскольку не отличалась злопамятностью.

Тем не менее Мария тревожилась из-за Гардинера. Он, со своей невероятной настойчивостью, мог убедить советников, что брак королевы с испанским принцем не в интересах Англии. Однако многие советники, похоже, считали, что ее брак с Куртене также не в интересах Англии, а некоторые даже прочили его в мужья Елизавете.

Ренара буквально трясло от беспокойства.

— Не стоит недооценивать этих двоих, мадам, – уговаривал он королеву, когда они прогуливались по саду, прислушиваясь к шуршанию опавших листьев. – Леди Елизавета оказывает Куртене явные знаки внимания, ее часто видят в его обществе. Их дружба представляет прямую угрозу для вас, ваше величество!

Мария внезапно остановилась: