Книга Мария I. Королева печали, страница 203 – Элисон Уэйр

Никто и никогда не мог утверждать, что я желала корону или что я была ей рада. Я хочу сказать это Вашему Величеству, дабы продемонстрировать свою невиновность и облегчить совесть.

«Как я могу причинить зло столь чистой душе?» – спрашивала себя Мария. Ведь Джейн была всего-навсего пешкой в опасной шахматной игре и не заслуживала смерти. Нет. В данном случае следовало проявить милосердие. Впрочем, суд состоится уже после коронации.

1553 год

— Ваше величество, – с низким поклоном произнес Ренар, – я попросил об аудиенции, поскольку меня крайне беспокоит то, что леди Елизавета проявляет не только дружеский интерес к Эдварду Куртене. – (Для Марии эти слова прозвучали тревожным набатом. В какие игры играет Елизавета? Неужели она хочет увести потенциального мужа прямо у сестры из-под носа?) – Боюсь, за всем этим стоит мессир де Ноай. Он втерся в доверие к леди Елизавете и теперь осторожно обрабатывает Куртене. Приглашает его на ужин и внушает ему, что ваше величество никогда не выйдет за него, а вот леди Елизавета вполне может. Ведь Куртене крайне легковерный. Предупреждаю вас, эти двое могут быть опасны. Если смешать кровь Плантагенетов и Тюдоров, они будут выглядеть юными и харизматичными правителями. И при поддержке короля Франции смогут стать мощной оппозицией и свергнуть ваше величество.

Марии стало нехорошо. Елизавета не способна поступить так с родной сестрой!

— Мне кажется, вы делаете из мухи слона, придавая слишком большое значение обыкновенному флирту, – сказала Мария.

— Не стоит недооценивать эту молодую женщину… или французов! – предостерег Марию Ренар.

Мария отпустила его, чувствуя тревогу в душе. Похоже, опасность грозит ей со всех сторон. Теперь-то она поняла, почему отец каленым железом выжигал измену.

Нет, она подавит проблему в зародыше, завоевав лояльность Куртене. Итак, Мария вернула ему наследственные владения в Девоне и наградила землями, приносящими 3000 фунтов в год. Она также подарила Куртене роскошную одежду и отцовское бриллиантовое кольцо стоимостью 16 000 крон. После чего все решили, что подобная щедрость Марии объясняется ее намерением выйти замуж за Куртене. Придворные принялись усиленно его обхаживать и, обращаясь к нему, вставали перед ним на колени. Граф Пембрук подарил Куртене прекрасный меч и породистых лошадей. Леди Эксетер показала Марии лестное письмо от короля Генриха, адресованное ее сыну, которое тот попросил передать королеве. Более того, Куртене дал понять, что нанимает себе на службу исключительно католиков.

— Он пытается втереться в доверие к вашим дамам, – как-то вечером сказала Сьюзен, когда они вместе с Марией составляли список гостей для предстоящей коронации. – Он также взял себе за привычку называть меня «матушкой».

— Он слишком зазнался, – фыркнула Джейн. – Кичится своим положением и стал совершенно несносным. Я слышала, как он хвастался Анне Бассет, что на коронацию наденет костюм из синего бархата с золотым шитьем.

— А вот и нет. Не наденет, – отрезала Мария и тут же удалилась к себе в кабинет, чтобы отправить ему письменное уведомление выбрать костюм другого цвета, поскольку сама собиралась надеть на коронацию платье из синего бархата.

Вернувшись на место, она поймала на себе задумчивый взгляд Сьюзен.