Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 90 – Ева Арк

— Нет, это слишком долго. Попрошу-ка я разрешения у матушки порыться в её гардеробе. Ведь они с Лоренцей одного роста.

Вернулась Джованна довольно быстро.

— Примерь вот это, – она протянула Лоренце платье из светло-серого шёлка. – Кажется, оно вполне приличное, хотя матушка носила его ещё в девичестве.

И действительно: от последней моды платье отличалось только укороченным корсажем.

— Оно как на тебя сшито! – одобрила Джованна, когда Лоренца примерила наряд. – Правда, в нём ты похожа на красавицу, сошедшую со старинной картины. Но тебе ведь не придётся разгуливать так по улице…

Мессир Роберто сидел в зале возле камина напротив донны Бьянки, занятой вышиванием. При виде единственной дочери его усталое лицо озарилось улыбкой. Поцеловав Джованну, Альбицци затем дружески обратился к Лоренце:

— Преподобную мать можно поздравить с такой прелестной крестницей, как ты, донна Лоренца.

— Как ни странно, но твоё лицо кажется мне знакомым, – добавил он секунду спустя.

— Донну Лоренцу избрали королевой на последнем турнире, – подсказала ему Джованна.

— А ты, дочь моя, с молодой Ручеллаи ещё так старалась обнаружить в её внешности хоть какой-нибудь изъян, – вспомнила донна Бьянка.

— Матушка! – на покрасневшую, как рак, Джованну было жалко смотреть.

Хозяин же, скрывая смех, заметил:

— Пусть это послужит тебе уроком, дочь моя.

— Скажи, мессир, кто теперь будет управлять Флоренцией? – поинтересовалась его жена.

— Власть перешла пока, по примеру Венеции, к Совету десяти, куда вошли самые богатые люди нашего города, сплошь противники Медичи. Главой же республики Савонарола предложил считать самого Иисуса Христа. Он выступил с речью, что Бог услышал наши молитвы и переворот во Флоренции произошёл почти бескровно, и что один только Творец пришёл на помощь городу, когда его все оставили. И многие его поддержали, так как считают, что французский король не осмелится подавить республику, которой управляет сам Господь.

— А это правда, что фра Джироламо сумел очаровать короля?

— Да, он наставлял Карла: «Иди! Иди с радостью и ликованием! Ибо посылает тебя Тот, кто на кресте торжествовал наше искупление».

— Иначе говоря, – иронически добавил Альбицци, – пусть король разорит всю Италию за её грехи, но оставит Флоренцию для него. Так что твои надежды, Бьянка, на то, что народ призовёт к власти древние роды, не оправдались.

В ответ мать Джованны презрительно пожала плечами:

— В этой республике торгашей значение имеют только деньги. Поэтому нам необходимо выдать нашу дочь за человека не только знатного, но и богатого.

— Посмотрим, – туманно изрёк мессир Роберто, бросив взгляд на окаменевшую Джованну. – Кстати, выходя сегодня из Совета, я встретил Томмазо Кавальканти. Очень порядочный молодой человек и знатного рода…

— Зато беден, как церковная крыса!

— Ну, почему же? Родители оставили ему небольшое состояние.

— Вот именно, что небольшое. Джованна не сможет вести на его деньги жизнь, достойную девушки её происхождения!

— Матушка, но я ведь не бесприданница! – казалось, из глаз Джованны готовы были брызнуть слёзы.

— Ещё бы! – холодно ответила донна Бьянка. – Если бы ты была нищей, этот Кавальканти и не глянул бы в твою сторону!

— Иногда матушка бывает просто невыносимой, – пожаловалась молодая Альбицци Лоренце, когда они остались одни.