Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 213 – Ева Арк

— Поймите, мне исполнилось всего четырнадцать лет и я была очень неопытна, – Чечилия вздохнула. – Моро помог моей семье вернуть родовые земли, конфискованные после бегства моего деда из Сиены. К тому же, внимание регента мне льстило. Хотя герцогом Милана называли Джангалеаццо, все знали, кто на самом деле был настоящим властителем. И я согласилась расторгнуть помолвку со Стефано и переехать в дом, который купил для меня Моро в приходе монастыря Нуово, потому что, как уже говорила, влюбилась в него.

— Трудно поверить, что Ваши чувства теперь изменились, мадонна, – заметила вдова.

— Не правда ли, это кажется странным? Ведь у меня сын от Моро. Кроме того, благодаря ему, я получила титул, поместье и этот дворец. Но я не могу простить ему того, что он растоптал мою любовь. Ещё можно было бы понять его, если бы, женившись на благородной Беатриче дʼЭсте, он бросил меня. Но Моро и после моей свадьбы с его другом, престарелым графом Бергамино, принуждал меня встречаться с ним, не говоря уже о десятке других дам… Хотя, на самом деле, если он и любит кого, так это свою маленькую герцогиню. Поэтому я хочу отомстить ему, увидеть Моро униженным, брошенным всеми!

— Но причём здесь я, мадонна?

— Мессир Леонардо сказал мне, что, скорее всего, Ваш кузен – француз, а не фламандец. Это действительно так?

— Не понимаю, почему маэстро так решил, – принуждённо ответила донна Аврелия.

— Его навёл на эту мысль мессир Фацио Кардано, который считает, что Ваш кузен слишком хорошо говорит по-французски. К тому же, мессир Даниель, насколько я поняла, как-то выдал себя…

— Поверьте, я никому не скажу об этом, – продолжала Чечилия. – Однако мне очень важно знать правду.

— Да, мессир Фацио прав, – нехотя призналась вдова, в то время как Лоренца кляла себя в душе за то, что недооценила юриста.

— А Вы с донной Марией тоже француженки?

— Нет, я – флорентийка, хотя большую часть жизни прожила во Франции. Что же касается моей племянницы, то её отец был флорентийцем, а мать – француженкой.

— Хорошо. Вы и донна Мария должны поклясться, что сохраните в тайне то, что я сейчас вам скажу!

После того, как они дали клятву, Чечилия продолжила:

— Герцогу Орлеанскому, который занял Новару, угрожает опасность. Согласны ли Вы отправиться туда, чтобы предупредить его?

— Но принц вряд ли поверит мне без весомых доказательств, – осторожно ответила вдова.

Сердце же Лоренцы едва не выпрыгивало из груди: возможно, жизнь Амори была тоже в опасности!

— А если у вас будут неопровержимые доказательства?

— Сначала, мадонна, хотелось бы узнать, что это за доказательства…

— Для этого мессиру Даниелю придётся встретиться с вдовствующей герцогиней, которая передаст ему письмо, подтверждающее коварство Моро. Потому что мне по настоянию своей супруги он запретил появляться в замке.

— А как он сможет проникнуть к ней?

— Сеньору Изабеллу окружают шпионы. Но их можно обмануть. Мессир Даниель переоденется монахом и проникнет в замок вместе с духовником вдовствующей герцогини, через которого я поддерживаю с ней связь.

— Не проще было бы, если бы мадонна Изабелла отдала письмо своему духовнику, а тот – мессиру Даниелю?

— Герцогиня не хочет рисковать письмом, которое может попасть в ненадёжные руки. Ведь Моро приказал утопить четырёх её гонцов, которых она посылала с жалобами на него к своему отцу, королю Неаполя.