Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 105 – Ева Арк

— Что? – молодая Альбицци с любопытством посмотрела на Коммина.

— «А мы зазвоним в наши колокола».

Подруга Лоренцы снова улыбнулась:

— Да, мы, флорентийцы, умеем быть гостеприимными. Но не выносим, когда нам угрожают.

«Мы, флорентийцы» – эта фраза Джованны вдруг заставила Лоренцу задуматься: кем ей считать себя, если её отец был флорентийцем, а мать, по словам покойного мессира Бернардо, француженкой? Кстати, а как она оказалась во Флоренции? Раньше эта мысль почему-то не приходила в голову девушке. Возможно, её мать приезжала сюда по какому-нибудь делу? Что, если спросить у советника, не встречал ли он в окружении Великолепного знатную даму из Франции? Ведь сеньор из Аржантана был в городе Красной лилии как раз незадолго до её рождения. Однако не успела она открыть рот, как сестра Августина сказала:

— Пожалуй, нам уже пора.

Вернувшись во дворец Альбицци, девушки встретили Франческу, которая, прихрамывая, несла в руках бутылку с уксусом.

— О, Мадонна! Ну, почему ты всё время куда-то исчезаешь, донна Джованна? – запричитала она при виде своей воспитанницы.

— Что случилось, Франческа? Неужели матушка уже вернулась из монастыря?

— Да, вернулась, и ей стало плохо.

— Где она? В своей спальне? – встревожилась подруга Лоренцы.

— Нет, в гостиной с твоим отцом.

Не произнеся больше ни слова, Джованна, как лань, понеслась в гостиную. Франческа же, кряхтя, устремилась следом. В отличие от них, Лоренцу не испугало внезапное недомогание донны Бьянки, ибо она считала, что Всевышний вряд ли захочет так скоро очутиться в обществе матери её подруги. Тем не менее, отправив Катрин с покупками в свою комнату, она всё же рискнула заглянуть в гостиную. Там перед её взором предстала следующая картина: донна Бьянка полулежала в кресле, в то время как вокруг неё суетились перепуганные служанки во главе с Франческой. Рядом на коленях стояла Джованна, а напротив, с каким-то письмом в руках, мессир Роберто. При виде Лоренцы её подруга странным голосом произнесла:

— Матушке стало дурно из-за письма, которое прислал мессир Лоренцо…

В этот момент донна Бьянка издала слабый стон и служанки засуетились ещё сильнее.

— Да, это письмо от Торнабуони, – спокойно подтвердил Альбицци. – Я не хочу целиком зачитывать его тебе, Джованна, но ты должна знать, что мессир Лоренцо отказывается от твоей руки.

— Бедная моя дочь! – его супруга, наконец, села прямо. – Ведь теперь никто не захочет взять тебя замуж после этого позорного отказа! Все будут думать, что виновата во всём ты! А на самом деле, это всё подлый Торнабуони! Ему, видите ли, что-то померещилось, а Джованна теперь должна уйти из-за этого в монастырь.

— Нашей дочери нет нужды запираться в монастыре, Бьянка! – неожиданно повысил голос мессир Роберто. – Репутация Лоренцо Торнабуони всем известна. А я знаю, по крайней мере, одного человека, который с радостью женится на Джованне.

— Ах, ты словно сговорился с моей сестрой, Роберто! – снова застонала донна Бьянка. – Она тоже пыталась убедить меня, что этот нищий Кавальканти – самый подходящий жених для Джованны. Но я считаю, что нашей дочери лучше принять постриг, чем выйти за него. По крайней мере, со временем она сможет стать настоятельницей.

— Я долго слушал тебя, Бьянка, а теперь послушай меня: как бы ты ни старалась, я не позволю упечь нашу дочь в монастырь без её согласия!