Онлайн книга «Слёзы любви»
|
Так мы плыли уже пять дней, червень вступил в свои права. Зная, что приближаемся к Корсуню. мы направили корабли к берегу, обходя скалистые берега и стараясь войти в тихую бухту[9], и высадились в одной из западных бухт, на той стороне города у пристани, в расстоянии полета стрелы от города, и сражались крепко горожане. Крепость стояла прямо на берегу моря и со всех сторон была окружена неприступной стеной. По периметру Корсуни возвышались тридцать две мощные башни, семь боевых калиток и шесть ворот. Высота стен достигала восьми — десяти метров, башен десять — двенадцать метров. Нижняя наружная часть стен сложена из крупных, тщательно отёсанных и пригнанных известняковых блоков. Выше использовались для кладки более мелкие блоки на известковом растворе. Кроме того, со стороны суши подходы к укреплениям закрывал дополнительный каменный вал. На южном участке, дальнем от моря, перед основной стеной была сооружена более низкая вспомогательная стена, сильно затрудняющая подступ к стенам. Мы осадили город, несколько дней мы стояли, перекрыв доступ в город. Люди в городе стали изнемогать, и сказали мы горожанам: „Если не сдадитесь, то простоим и три года“. Было понятно, что осада затянется, на многие дни. Они же не ответили на наши слова, мы же изготовив войско свое, стали присыпать насыпь к городским стенам. И когда насыпали, они, корсунцы, подкопав стену городскую, выкрадывали подсыпанную землю, и носили её себе в город, и ссыпали посреди города. Воины же присыпали еще больше, и город всё стоял и не сдавался, однако благодаря мерам, предпринятым защитниками города, земляные работы не принесли результатов. Взять город приступом, было возможно, но мы бы положили у этих стен лучших наших воинов. С тяжелым сердцем я смотрел, на высокие стены и также как и Рёрик, думал найти другие пути его завоевания. Осада затягивалась, но в один из дней Рёрик пришёл к моему костру и заговорил: — В городе есть наши соплеменники, нужно договориться с ними. Сегодня вечером, скажи своим людям спеть нашу песню боевую, пусть в городе нас слышат. — Откуда эти думы у тебя? — я удивленно поднял брови. Рёрик хмыкнул, и проговорил: — Это мальчишка, тот словен, с моего кнорра. — Яс, тебе дал такой совет? — я был очень удивлён. А вечером у костров зазвучала песня, боевых берсерков. Развеются наши стяги, И кровью врага напоим… Мы северные бродяги, Идущие на смерть строем… Мы дети волков из стаи, И внуки волков-одиночек, Здесь жажда убийства правит… Здесь смерть каждый день пророчат. И ярость- сестра отваги Подмогою в битве будет… По утру некий муж корсунянин, именем Анастас из наших, пустил стрелу, написав на ней: „Перекопайте и переймите воду, идет она по трубам из колодцев, которые за вами с востока“. И тотчас же я повелели копать наперерез трубам акведуков[10] и перенять воду. Люди изнемогли от жажды и открыли ворота в город[11]. Посоветовавшись с Рёриком мы решили идти в город осторожно, боясь засады. Я поведу первый отряд, а Рёрик второй и если нужно придет на помощь нам попавшим в засаду. Уже у стен, я подняв руку остановил воинов за моей спиной. Обернувшись проговорил Хальсу: — Позови паренька, словена. Хальс громким голосом крикнул нашим найти Яса, я ждал. Сам себе удивляясь, что я хочу от мальца. Первым подошёл старший Хват, и заговорил: |