Книга Пустое сердце Матвея. Часть 2, страница 11 – Ашира Хаан

Когда непрочитанные наконец закончились, мой палец замер напротив переписки с Матвеем. Конечно, он не прислал мне никакого поздравления, но я подумала — что за детский сад? Почему я не могу поздравить его, если мне хочется?

«С Новым Годом! Удачи!»

Разумеется, сообщение осталось непрочитанным.

Не удивило меня и то, что непрочитанным оно было и с утра.

А вот когда утром второго января оно все еще значилось с одной галочкой вместо двух, а статус контакта сменился на «Был в течение недели».

Неслабо он забухал…

* * *

Как это водится в новогодние праздники, числу к четвертому мы уже благополучно забыли, какой сегодня день недели, где в телефоне выставляется будильник и расписание работы магазина. Я еще ничего, держалась, благодаря долгим годам фриланса, а многие другие с удивлением обнаружили, что магазины работают не круглосуточно, а алкоголь вообще перестают продавать после одиннадцати вечера.

Понятное дело, доставка грузов на каникулах не прекращается, поэтому в офисе каждый день дежурил кто-нибудь из топ-менеджеров. По очереди.

Но все равно я немного удивилась, увидев звонок с рабочего номера.

— Исполнительный директор Павел Вакуленко, компания «Антей»… тьфу, привет, Марта, — голос у Паши был замученный. — Прости, зарапортовался. Слушай, а где Матвей?

— Зашибись у тебя вопросики в самый ленивый день в году! — сообщила я ему, валяясь на кровати в горах мандариновых шкурок. — Кстати, какое сегодня число?

— Седьмое… — сквозь зубы сообщил Паша.

— С Рождеством! — обрадовалась я. — О, пойду еще шампанское открою.

На вечер меня уже пригласили кататься с каких-то обалденно высоких ледяных горок, а на завтра — на соколиную охоту в честь дня рождения мужа одной из подруг. Мужа я не видела ни разу в жизни, охоту терпеть не могла, но там обещали переодеть всех в костюмы славянской знати и усадить в тройку с бубенцами, а вечером запечь КАБАНА.

Как можно устоять?

— Стой!!! — заорал Паша. — Тебе за руль сегодня.

— С хуя ли? — куртуазно поинтересовалась я. — Никакого руля до десятого января! Или до двенадцатого? Когда мы там выходим?

— Двенадцатого, — мрачно сообщил Паша.

Видимо, ему не очень нравилось быть настолько ответственным работником, чтобы приходилось выходить на каникулах.

А я — безответственный работник, мне не надо!

— Вот двенадцатого и приеду! — сообщила я, отключая телефон. Паша еще что-то вслед кричал, но я закопала мобильник под подушку, взяла еще один мандарин и задумалась.

Во-первых, почему он ищет Матвея у меня?

Во-вторых, где Матвей?

В-третьих, не достать ли мне еще шоколадку к мандаринам?

Шоколадку я, конечно, достала. И даже чай себе сделала. Заодно покормила кошек, полила цветы, кинула улитке огурец. Но Матвей категорически не желал покидать мои мысли.

Уже разыскивая в шкафу лыжные штаны, чтобы ехать кататься, я все-таки сдалась.

Вытащила телефон из-под подушки, скинула семь пропущенных с того же офисного номера и нашла контакт Матвея.

Мое поздравление все еще висело непрочитанным, но это ничего не значило. Если он меня тупо забанил, оно так и останется с одной галочкой.

На самом деле, вариант «трахнул и забанил» или, как говорили наши бабушки «поматросил и бросил» меня тоже вполне устраивал.

Ну да, в постели он весьма хорош. Однако это не повод прикипеть к нему всем сердечком и страдать. И вообще, возможно, его только на один фантастический раз и хватает, поэтому он меняет женщин так часто.