Книга Его сладкое проклятие, страница 61 – Кристина Лин

— Нет, не стану, — говорит хрипло. — Я вообще тебя больше не трону, пока ты сама не попросишь.

Мои брови удивленно ползут вверх. Если он серьезно, то… Что? Я даже не понимаю, хорошо это или плохо, в голове все смешалось. А он встает с кровати и выходит из комнаты.

«Я не представлял, как тяжело мне

заставлять себя не думать о тебе».

Петр.

Выхожу из спальни, закрыв за собой двери. Можно сколько угодно давить на нее, но сейчас все, что бы я не сделал, будет воспринято в штыки.

Ее слова больно резанули в груди, обрушиваясь удушающим чувством вины, которое я всячески подавлял в себе последние годы. Сейчас же вина давила на голову, сдавливала легкие. А невозможность исправить ошибку делала этот груз неподъемным.

Раньше я не задумывался о том, что будет, если ребенок так никогда и не получится. Относился к этому всему, как к временному явлению. А она, значит, все время думала об этом. Строила гипотезы, постоянно гоняя их у себя в голове. И какой же я дурак, что не задумывался о том, до чего вся эта ситуация может ее довести.

Я прошел по коридору, открыл двери в комнату для гостей, где ночевал все последние дни. Да что там! Все те дни, когда ее не было в доме. Спальня с ее уходом внезапно стала слишком большой и неуютной. И только сейчас я задумался о том, что такой большой дом мне одному не нужен. Я строил его для нас, а не для себя. Тогда, когда и представить себе не мог, что однажды она купит себе квартиру и уйдет отсюда.

Зашел в ванную, отшатнувшись от своего отражения в зеркале. Губа распухла и на ней запеклась кровь. На щеках красные отметины от пощечин и царапины от ногтей. Плечи саднят, и рубашка пропиталась кровью. Красавец, блть!

После холодного душа стало немного легче. Да и в голове прояснилось. Вот только давящее чувство вины никаким душем не смыть. Ошибку не исправить. Просто потому, что неважно сколько у тебя денег и власти, вернуться в прошлое и помешать себе сделать неверный шаг не способен никто.

Отпустить ее, как она просит? Нет, это мы уже пробовали. И ничего, кроме проблем, не получилось. Заставить? Ее нельзя заставить, она доказала это. Раньше я считал ее пластилином в своих руках, думал, что Лера всегда примет мою точку зрения в любом вопросе. Но теперь я осознал, что никогда по-настоящему ее не знал.

В этом ворохе проблем, который разросся из прошлых ошибок и обид, я вижу только один способ все вернуть — дай ей возможность остыть и все обдумать. А потом, возможно, все наладится. Ведь раньше всегда мы улаживали конфликт, находили пути и способы договориться. И в этот раз так будет, я уверен в этом.

Промаявшись всю ночь без сна, я встаю, едва за окном забрезжил рассвет. Одеваюсь и выхожу из комнаты, иду по коридору в сторону лестницы. Возле двери в спальню замираю, прислушиваясь. За дверью тихо. Бесшумно открываю двери, замок выломан, и теперь дверь всегда не заперта. Нужно будет сказать управляющему, чтобы ни в коем случае не ставили новый замок, как бы она не просила. Не хочу, чтобы она еще когда-нибудь закрылась от меня.

Захожу в комнату. Лера спит, лежа на спине и укрывшись одеялом по пояс. Ее грудь, красиво обрамленная шелком ночной сорочки, размеренно вздымается при каждом вдохе. Волосы разметались по подушке, ореолом обрамляя лицо. Она такая красивая, что я невольно тянусь к ней, одергивая себя в последний момент.