Книга Его сладкое проклятие, страница 59 – Кристина Лин

— Ненавижу, — бьет словом больнее хлыста.

— Лера…? — Шепчу в ответ обескураженно.

— Ты можешь сколько угодно меня насиловать, но это ничего не изменит, — зло шипит мне в лицо.

Что? Насиловать? Вот, черт! Что я наделал?!

«Любить вообще — значит быть уязвимым».

К.С.Льюис

Лера.

Сердце трепыхается раненой птицей. Именно так я себя и чувствую сейчас. Как птица с подбитым крылом, которой не подняться и не улететь. Испытанный пару минут назад оргазм отключил разум только на мгновение. А теперь ко всем моим чувствам примешалась злость на саму себя. За то, что мое тело так реагирует на него, за то, что мне было хорошо, несмотря на все мои обиды.

Эти две недели были, наверное, самыми ужасными в моей жизни. Мне хотелось свободы, поэтому я себя заперла. Даже смешно. Разве так можно получить свободу. Разве Петя остановится, если он поставил себе цель? Нет, он же всегда добивается своего. Победитель. Когда-то я любила его за это, а теперь с той же силой возненавидела.

Он медленно слезает с меня, и я тут же отползаю подальше, забившись в дальний угол кровати, упираясь в спинку. Натягиваю на себя одеяло, кутаясь до подбородка, пока он застегивает брюки.

— Что с нами стало? — говорит, проведя пятерней по волосам и устало выдыхая.

— Ты стал запирать меня в доме и насиловать. Вот что. — Бью наотмашь, а хочу ударить еще больнее. В последнее время желание сделать ему как можно больнее стало просто невыносимым. Так и раньше было, но я ушла, переехала в квартиру, думала, что это пройдет и я вернусь. Не прошло.

— Прости меня, я перегнул. — Спрашивает, поворачиваясь ко мне и заглядывая в глаза.

Мне больно, хочется рыдать, но я сдерживаю себя, снова проглатывая обиду.

— Уходи, — прошу его.

Он смотрит на меня, взгляд сканирует каждую мелочь, я знаю его, он все замечает.

— Я не уйду. Пока ты не скажешь, почему так со мной. Что случилось? — говорит, и его глаза, как черные омуты, впиваются в мое лицо.

— Я не знаю, — говорю. — Ничего не случилось. Просто уйди.

Он придвигается ко мне, тянет за край одеяла.

— Что ты делаешь? — я почти кричу. — Тебе мало было?

— Мало, — шипит он. Сейчас он похож на дьявола. — Мне всегда тебя мало.

Стащив одеяло, хватает меня за лодыжки и тянет на себя. Домашнее платье задирается, скапливаясь в районе талии. А он притягивает меня промежностью к своей ширинке.

— Ненавижу тебя. Прекрати! — Кричу.

— За что ты меня ненавидишь? — шипит он, сжимая больно мои бедра.

— За все! Ненавижу. — Я кричу еще громче, пытаясь вырваться. Но он держит крепко, больно впиваясь пальцами в нежную кожу.

— За что ты меня ненавидишь, Лера? — говорит, наклоняясь к груди и больно хватая сосок зубами.

— Ай, мне больно! — Ору ему, пытаясь отодвинуть его голову руками. Но это все равно, что двигать стену.

Он подается бедрами вперед, проходясь эрекцией по моей промежности. И это движение отдается электрическим импульсом между ног, я шумно выдыхаю, не в силах сдержаться.

— Что я тебе сделал, Лера? — выдыхает мне в живот. — Говори!

— Ты делаешь мне больно. Пусти. — Кричу еще громче.

— Нет! — отвечает резко. Наваливается сверху.

А я размахиваюсь и залепливаю пощечину. Он на миг прикрывает глаза, но не отшатывается и не отодвигается.

— Полегчало? — спрашивает.

Ни хрена мне не полегчало!