Книга Любовь, рожденная в аду, страница 90 – Светлана Тимина

Это было неправильно. Она не собиралась ему сочувствовать. Все, что было необходимо – это собрать информацию. Почему кто-то ему был так важен… или дело не совершенно в другом?

— Кто такой Энцо, Кей?

Она понимала, что идет по тонкому льду. Что время на откровенность, когда разум свободен от запретов и защиты – как это было с ней после панической атаки - у Кея может быть гораздо короче, чем у нее.

И если сейчас Кастелло просечет ее тонкую игру, плеть может показаться ей лаской.

Но он еще не пришел в себя. Неосознанно погладил пальцем ее внутреннюю сторону ладони, будто этот жест его успокаивал.

— Энцо – это был единственный друг, который никогда бы не предал. Который бы умер за меня. Мы были моложе… и я не смог ничего сделать.

— Ты говоришь о нем в прошедшем времени…

— Да. Потому что я убил его. – Внезапно Кей резко выпрямился, сжав ладонь Джулии до боли, но она не дрогнула.

Момент истины. То, чего она никогда не ожидала получить… и теперь этот подарок сам плыл в ее руки.

— Мне предоставили выбор. Либо его проткнут раскаленной арматурой на моих глазах так, чтобы он умер мучительной смертью… или я выстрелю ему в голову. Они ждали. Они упивались моей болью.

— Кто… кто заставил тебя пройти через это? – Джулия невольно вздрогнула.

Она обладала хорошим воображением, и от нарисованной картины у нее зашумело в ушах.

Кей тяжело дышал. Девушка положила вторую руку на его ладонь.

— Это был… мой отец?

Лицо Кея замкнулось, заледенев. До того светлые глаза потемнели еще больше.

— Нет. Это был мой отец. И я выстрелил. Я не мог позволить ему умереть в муках. Просто так. Отец хотел, чтобы я поверил, что ошибка Энцо была роковой. А спустя год я узнал, что… что контейнер с оружием, который Энцо не смог отбить у якудзы… за что его и казнили, потому что глава клана сказал – непростительная ошибка……

Он шумно втянул воздух.

— Что отец сам подарил его кумитё[i] Идзумиде. За какие-то там услуги. Заставил меня убить единственного друга, на глазах у стаи, чтобы показать, кто здесь власть. Только не учел одного. Что это меня не сломает. Что я вырасту и убью отца, как, впрочем, и случилось.

— Кей, это… ужасно. – слова мужчины будто сейчас записывались на жесткий диск ее сознания, но в то же время Джулия ощутила. Как сердце сжалось от боли.

Может, именно это сломало Кастелло, он стал таким монстром? Может он причиняет ей боль как альтернативу необходимости убить?

И тут же мысленно выругалась.

Причем друзья детства к тому, что этот монстр превратил ее жизнь в ад только потому, что она ему не покорилась? Причем вообще травмы прошлого? Она не его психотерапевт, вряд ли похожа на его отца и оправдания этому нет!

Джулия поспешно опустила глаза. Если Кей сейчас прочитает эмоцию на ее лице – он закроется, и она не узнает, причем тут консильери и кто, интересно, эта «чертова сука», если это точно не она сама и не ее мать.

— Я выстрелил ему в грудь. Четыре выстрела. Прежде чем понял, что его вины в этом нет…

[i] Верховный титул в иерархии якудза

Он все еще смотрел в ее глаза и одновременно – в пустоту.

В ту глубокую пропасть, которая сейчас стремительно увеличивалась у него внутри.

Кей Кастелло. Враг. Похититель. Тюремщик.

Чертов псих, готовый за одно оскорбление разрушить жизнь, забрать свободу и волю, выпить душу. Мужчина, который, казалось, не умеет чувствовать.