Книга Любовь долготерпит, страница 25 – Наталья Нежданова

Мы больше не возвращаемся к этому и просто живём. Кейн учится, я сижу дома. Лишь иногда выбираюсь на тренировки и погружения в соответствии со своим графиком. Или летаю вместе с Айли и Леей поваляться на пляже там, где сейчас тепло.

Разумом я понимаю, что и бабушка, и Кейн, в общем-то, правы. Только я терпеть не могу, когда меня к чему-то принуждают. Я с детства привыкла, что Бог — это Свобода, и что человек не должен быть рабом никому и ничему.

Да и жизнь в нашем мире подразумевает свободный выбор очень многих вещей с самого раннего возраста. Это уже у нас в крови. Свобода передвижения по всей планете, свобода выбора, чем заниматься, где жить. Свобода не думать, где взять еду, одежду, крышу над головой.

Рамки определённые? Их мало, да мы их уже и не воспринимаем, как рамки. Это, скорее, стены, на которых зиждется сияющее великолепие нашего мира. По сравнению со Старым Айрином это именно так и можно назвать.

Старый Айрин... Вот это, наверное, и есть основная причина, почему я так себя веду. Ненавижу, когда на меня давят!

Айли жалуется мне, что преподаватель, у которого они с Неей занимаются рисованием в поселковой студии, сможет теперь проводить занятия лишь раз в неделю.

— Он сказал, что ему нужно уделять больше времени своей основной работе на заводе по производству флаеров!

— Интересно... — задумываюсь я.

Мы с Кейном готовимся к помолвке. Я, если честно, без особого энтузиазма. Разве что платье дизайнеру одежды заказала. Длинное, в стиле классической эпохи. Люблю такие вещи.

Красивое получилось. Думаю, не хуже, чем те, что создаёт моя сестра Сейни. У неё со всей планеты платья заказывают, очередь на несколько месяцев. Но я к ней по понятным причинам не обращаюсь.

Зато Кейн развил бурную деятельность. Наприглашал кучу народу, продумал до мелочей, как всё будет происходить. Вот ведь неймётся человеку!

Я же больше садом занимаюсь. Весна — самое подходящее время. Правда, я всё чаще ощущаю, что мой сад — он уже и не только мой.

Это всё Кейн. Не знаю, как у него получается, у него же никогда своего дома не было. Но это он придумал с планом, и корректирует его постоянно. Он частенько предлагает идеи, которые заставляют меня буквально замирать от восторга. Потому что это — самое лучшее и совершенное, что только можно сделать.

Мы празднуем Пасху, и настаёт тот самый день. После воскресной службы священник ставит нас перед Царскими Вратами и читает особую молитву, в которой просит Бога благословить нас и явить Свою волю относительно нашего брака.

Мне слегка неуютно от такого количества внимания и поздравлений. Это чем-то напоминает музыкальные конкурсы в детстве, на которых я частенько занимала высшие места.

А через неделю мне приходит сообщение от Эрви Даро. Он просит меня прилететь на орбитальную станцию для важного разговора.

В назначенное время я прилетаю к Эрви Даро. Я не одна. Нас таких около десятка. Эрви Даро представляет меня одному из своих подчинённых, Шену, и велит пройти с ним, чтобы выполнить тестовое задание.

Мы идём в шлюз, где стоят флаеры. Того типа, что обычно базируются на звездолетах. Шен говорит мне сесть в кресло пилота.

— А ничего, что у меня скафандра нет, который полагается надевать при пилотировании такого флаера? — удивляюсь я. — Меня никто даже не предупредил!