Книга Все приключения Ивидель Астер, страница 187 – Анна Сокол

— Я бесконечно уважаю тебя, Максаим, но кто-то пытается расчистить дорогу к наследству Астеров то ли для этого бастарда, то ли для женишка, ценой жизни наших детей, а ты еще рассуждаешь о чем-то? Найди его! И сверни шею! Но не рискуй нашей дочерью!

— Даю слово: ни тот, ни другой ничего не получат, — пообещал отец, поднимаясь и делая шаг к пузатому железному сейфу. — О женихе я позаботился. А Альберту, если это он, вряд ли теперь будет дело до наследства отца. — Граф Астер стал крутить железную ручку сначала в одну сторону, потом в другую. Колесо замка вращалось с едва слышным треском. — И если дело в титуле и деньгах, то на этом все и кончится.

— Почему? — не поняла матушка.

— Потомучто его обвиняют в заговоре против князя, потомучто он особо опасный убийца с железной рукой, нарушивший завет богинь, — замок громко щелкнул. — Помните, что я говорил про поддержку? Один бы он такое не осилил, я не знаю, где и как он обзавелся механической рукой вместо искалеченной, и для чего придумал все это, но, — отец распахнул дверцу, — теперь все кончено, даже если его поддержат аристократы из тех, кому наши деньги поперек горла, вмешаются жрицы и серые псы. Отступник никогда не унаследует титула, и все, включая его, это понимают.

— Ты хочешь сказать, что все позади? А взрыв на шахте? — не сдавалась матушка. — Это тоже часть заговора против князя?

— Вряд ли, — не стал успокаивать ее отец, доставая из сейфа резную шкатулку. — Расследовать заговоры — это удел серых, а мы посмотрим поближе. — Он поставил шкатулку на стол и откинул крышку. — Посмотрим, кто из тех, что улыбается нам в глаза, держит за спиной нож.

С этими словами папенька начал один за другим выкладывать на столешницу разноцветные камешки. Они были похожи на округлые леденцы из жестяной коробки, что частенько покупала нам матушка. Вот только это были не конфеты.

— Альвоны?

На стол упал прозрачный, как слеза, камешек, а я сразу вспомнила Дженнет.

— Эстоки?

Зеленый. Первый советник и его дочь Алисия.

— Виттерны?

Темно-фиолетовый. Перед мысленным взором появилось изуродованное лицо милорда Йена.

— Лимеры?

Оранжевый. Я нахмурилась и бросила взгляд на матушку, урожденнуюСибилОлиеЛимер. Главой ее рода сейчас был ее двоюродный брат и наш дядя Ксьян.

— Или это Миэр? Нувориш без титула и без связей? Он вынырнул десять лет назад, словно из ниоткуда. Поговаривают, что с такой хваткой он до конца года приберет к рукам даже казну князя.

В ушах раздался жизнерадостный смех Гэли.

Папенька помедлил.

— А может, это один из тех, кто давно отошел от большой политики, но собирается в нее вернуться? Хоторны?

На столешницу упал коричневый, словно глина, «леденец». Мэрдок.

— Стентоны?

Желтый. Я вспомнила серую жрицу и ее маленький домик в Льеже.

— Вири?

Камень был голубым, словно небо. Мерьем, что всегда ходит хвостиком за Дженнет.

— Оуэны?

Белый и непрозрачный, словно галька. Крис…

— Или Астеры?

Вместо того чтобы уронить на стол очередной леденец, отец вдруг вытянул руку и легко перебросил его мне. Я поймала округлый камешек, и в тот момент, когда его теплая поверхность коснулась моей кожи, тот вспыхнул алым, будто внутри танцевал маленький язычок пламени.

— Откуда ты их взял? — охнула маменька, подаваясь вперед.

А я все смотрела и смотрела на живой и подвижный огонь, который кто-то давным-давно запер в камешке.