Книга Эльф для цветочницы, страница 66 – Элейн Торн

Калеба держали в городской тюрьме — каменном мешке при мэрии. Ей разрешили одно посещение. Он выглядел усталым, но спокойным. Кандалы натёрли запястья до крови, и она смотрела на эти раны, чувствуя, как сердце разрывается от боли и бессилия.

— Всё будет хорошо, — сказал он ей через решётку.

— Я не могу думать ни о чем, даже о цветах, когда ты здесь, — ответила она, сжимая прутья.

— Цветы не виноваты, — он чуть улыбнулся — та самая редкая улыбка, от которой у неё всегда теплело в груди.

Зал суда был полон.

Казалось, весь Миррадин пришёл посмотреть на процесс. Торговцы, ремесленники, домохозяйки, даже сестра Лианна из храма — все сидели на деревянных скамьях, перешёптываясь и качая головами. В первом ряду, отдельно от всех, сидел отец Гарета — грузный мужчина с красным лицом и злыми, заплывшими глазами. Он смотрел на Калеба с неприкрытой ненавистью и время от времени выкрикивал проклятия, которые судья — сухой, желчный старик в парике — пресекал ударами молотка.

Калеб стоял за деревянным барьером. Кандалы с него сняли, но запястья всё ещё были обмотаны грязными бинтами. Он стоял прямо, глядя перед собой, и его лицо было непроницаемым. Только Рози, сидевшая в первом ряду с Томасом по одну сторону и госпожой Ивонной по другую, видела, как напряжены его плечи, как побелели костяшки пальцев, сжимающих край барьера.

Она давала показания первой. Её голос дрожал, но она заставила себя говорить чётко и громко, чтобы слышали все. Она рассказала всё — о преследованиях, о подарках, которые она не принимала, о том, как Гарет и Бран приходили в лавку и угрожали. О ярмарке. О похищении. О сарае. О том, что они собирались сделать.

— Он спас меня, — закончила она, глядя прямо на судью. — Если бы не он, я была бы мертва. Или сломлена. Он защитил меня, как защищают тех, кого любят. Это не убийство. Это справедливость.

По залу пробежал ропот. Судья стукнул молотком.

Потом выступал отец Гарета. Он кричал, брызгал слюной, называл Калеба «эльфийской тварью», «рабом, который забыл своё место», «убийцей, заслуживающим петли». Он требовал казни. Зал гудел — кто-то поддерживал его, кто-то осуждающе качал головой.

Потом были свидетели. Госпожа Ивонна рассказала, как видела Гарета и Брана у лавки в день, когда они угрожали Розалинде. Томас, краснея и запинаясь, подтвердил, что эти двое преследовали его хозяйку месяцами. Даже мастер Грегор, кузнец, который когда-то ухаживал за Розалиндой, встал и сказал, что Гарет был известен своим жестоким нравом и что никто в городе не удивлён тем, что он закончил именно так.

Калеб молчал. Ему не задавали вопросов — по закону, раб, даже бывший, не мог свидетельствовать в свою защиту. Он просто стоял и слушал, как другие решают его судьбу.

Из зала поднялся человек, которого Рози не ожидала увидеть.

Он сидел в заднем ряду, в тени, и она не заметила его раньше. Высокий, светловолосый, в дорожном плаще поверх богатого костюма. Когда он встал и пошёл к свидетельскому месту, его лицо осветил свет из окна, и Рози узнала его.

Элиан. Брат Калеба. Жених леди Арабеллы.

Калеб тоже узнал его. Рози видела, как он замер, как его лицо побледнело ещё больше, как глаза расширились. Но он не двинулся. Не произнёс ни слова. Просто смотрел на брата, которого не видел много лет.