Книга Отвоюю её у друга, страница 35 – Евгения Чащина

Подхожу к кабинету и хочу зайти, но слышу голоса. Тихий, спокойный, ласковый голос Любы и хриплый, расстроенный голос Вартана.

Я давно видела, как девочка смотрит на моего мужа. Так же видела, что он на неё не смотрел. Заглядываю в щель приоткрытой двери и наблюдаю занимательную картину - девчонка подносит к себе его раненную руку и целует пальцы. Делаю шаг назад. Ухожу наверх, в детскую.

Я не знаю, сколько пробыла там. Вышла, когда вечерело. Услышала шаги в нашей спальне. Постучала.

— Можно мне зайти?

— Я не настроен говорить, - распахивает дверь и смотрит в упор, - но если ты хочешь сказать что-то важное, я выслушаю.

— Мне жаль, что сегодня всё так вышло. Не время и не место для подобного разговора. Я понимаю и разделяю твою боль, но я не готова принять такое предложение. Не сейчас, пока всё ещё кровоточит. Думала, ты поймёшь, но видимо и правда слишком много о себе думаю.

— Ключевые слова: о себе думаю. Ты отталкивала меня всё лето, все гребаные три месяца я как последняя мразина выпрашивал тебя у тебя же. Трахал безэмоциональную женщину, которой лишь бы отметиться. Мне так же больно, ты же зациклилась на себе. Тебе я не нужен, моя помощь не нужна. Говорят, что горе легче совместно переживать. Ты же ушла на другую сторону барикад, я не дурак, я вижу, что это конец.

— Ты знал на ком женишься, - говорю бесцветным голосом. - Ты знал с самого начала. Знал и от меня, и от него... - замираю, одёргиваю себя и продолжаю. - Я говорила тебе, что со мной сложно, и что оно того не стоит. Ты не хотел слушать и верить, что такая горячая красотка может быть такой холодной. Мне жаль, что ты убедился вот так.

От фразы «это конец» больно заныло сердце. Я не допускала таких мыслей. Но если их допускает он, то мне нечем больше козырять. Я не смогу его удержать.

— Если я потеряла твою любовь, скажи честно.

— Я люблю тебя.

Я делаю шаг вперёд и прижимаюсь к нему.

— Тогда не отпускай, - говорю хрипло, заставляю себя не плакать. Снова. - Я тоже люблю тебя.

Он застыл и словно не верит в то, что я сказала. Долго смотрит мне в лицо и наконец-то, когда мое сердце вот вот выскочит, говорит:

— Я люблю тебя настолько, что готов сделать всё, чтобы наша рана затянулась, даже на то, чтобы ещё один ребенок сделал нас единым целым. Мы были с тобой единым целым, я же чувствовал твою любовь и нежность. Сейчас словно что-то вырвали из груди. И я не знаю что мне делать.

— Я плохо справляюсь с потерями, - выдавливаю из себя и слова даются мне тяжело. - Ты же помнишь, что было в первый раз, когда мы узнали, что разбился вертолёт. Я как-то вывезла. Но в тот день, когда показали перестрелку, и я думала, что ты умер, я сама чуть не умерла. Потому что ты ведь не только мой муж и отец моего ребёнка, ты ещё мой друг, моя опора... Я не справляюсь без тебя. И то, что моё тело убило нашего ребёнка, меня убивает. Я настолько противна себе, что мне кажется, что должна быть противна и тебе.

— Глупая, - резко хватает меня за руку и впечатывает в себя, - моя сладкая и нежная девочка, позволь нам наконец-то затянуть эти раны. Давай начнем все сначала. Просто постараемся отключить прошлое, посмотрим в будущее. И ребенок...ты будешь хорошей мамой, ты бесподобная мама Илюхе, он обалденный пацан. Просто давай посеем внутри нас эту мысль и медленными шажочками к ней, а когда будем готовы, сделаем это. Важный шаг.