Книга Неисправимый, страница 90 – Тори Майрон

Мили кусает меня, на каждом толчке сильнее сцепляя зубы на саднящей коже. И обнимает так, словно без тактильного контакта со мной она не выживет. Чёрт! Нереально. Слишком сильно. За гранью. Выше моих сил – бороться с этим умопомрачительным коктейлем боли и нежности. Он рушит ко всем чертям мою выдержку, и я всё-таки кончаю.

Оргазм обрушается на меня неожиданно. Нет ни единой возможности тормознуть его или отсрочить. В горле вибрирует протяжный стон, ярких всполохов в глазах становится в разы больше. Мощный раскат удовольствия на долго выбивает из реальности, тело сотрясают конвульсии, пока я изливаюсь внутри Мили и шумно таскаю воздух.

— Охренеть! Это бомба! – хриплым голосом описываю только что пережитый мной оргазм, выбираюсь из Мили и устало опадаю на неё. Щекой к груди прижимаюсь и с минуту просто лежу, пытаясь нормализовать свой пульс и слушая гулкий стук её сердца.

Ангел зарывается пальцами в мои волосы и поглаживает голову. Ничего не говорит, а только вскоре начинает всхлипывать. Слышу её плач и сразу приподнимаю голову, даже во мраке замечая Милины слёзы.

— Всё было настолько ужасно, да? – с сожалением спрашиваю я, нежно стирая капли с её горячих щёк.

— Нет, конечно нет, – хлюпает она. – Было больновато, но всё было потрясающе. Мне очень понравилось.

Я безрадостно усмехаюсь.

— Мили, твой первый секс произошёл на полу с мудаком, который даже до постели тебя донести не смог, а потом ещё кончил всего через две минуты. Как это могло понравиться? Ты явно совсем иначе представляла свой первый раз.

— Да, иначе, – ещё один всхлип, раздирающий все внутренности на части. – Но реальность оказалась в разы круче всех моих фантазий.

— Что за ерунду ты несёшь?

— Это не ерунда, а правда. Мне очень понравилось.

— Ага. Вижу я, какая ты удовлетворённая.

— Я больше, чем просто удовлетворённая. А знаешь почему?

— Ну? – слизываю солёные капли со скул плаксы.

— Потому что мудак, который лишил меня девственности на полу и кончил всего через две минуты, это ты, – сквозь слёзы бормочет она и начинает тереться об моё лицо, точно ласковая кошечка.

— Дурочка, – тихо смеюсь и нежно целую её влажные губы. – В таком случае почему слёзы льёшь? Тебе всё ещё очень больно?

— Нет. Не больно.

— Почему тогда? – вопросительно изгибаю бровь, ловя губами новые слезинки.

Мили бережно касается пальцами моего лица и дарит мне ещё один оргазм, на сей раз эстетический, когда расплывается в самой потрясающей на свете улыбке.

— Я плачу, потому что счастлива, как никогда прежде, Марк. И счастлива из-за тебя.

Я никогда не ночевала вне своего дома, поэтому, проснувшись, мне требуется несколько секунд, чтобы сообразить, где я нахожусь.

Зевнув, протираю глаза и приподнимаюсь на локти. Тёмно-серые стены, обклеенные постерами и упаковками от виниловых пластинок, светлый потолок, шкаф, стол, два кресла и огромная кровать, в которой я даже не помню, как оказалась.

Последнее, что всплывает в памяти – это мы с Марком лежим в обнимку на диване и смотрим какой-то фильм. Похоже, я заснула ещё на первых минутах и спала так крепко, что даже не почувствовала, как Марк перенёс меня из гостиной в спальню. Но этого следовало ожидать. После колоссального стресса, нашего первого секса, горячего душа и плотного вкусного ужина, который мы заказали из ресторана, сил совсем не осталось. Ни моральных, ни физических. Мозг просто впал в кому.