Книга Танец против цепей, страница 68 – Алиша Михайлова, Алёна Орион

— Лиз, не надо, — тихо остановила её Ольга, чувствуя, как внутри разливается ледяной озноб.

— Ещё как надо! — Лиза решительно протянула карту кассиру. — Я не позволю этому подлецу испортить тебе вечер с Андреем. Считай это моим вкладом в ваше счастье.

Кассир, слегка смущаясь, провела оплату. Лиза взяла пакет и вручила его Ольге.

— Держи. И даже не вздумай возражать. Вернёшь, когда разберёшься со всем этим дерьмом.

Ольга молча кивнула, сжимая пакет. Руки дрожали — не от страха, а от холодной, обжигающей ярости. Он умудрялся дотянуться до неё даже до сюда, не зная, где она находится.

Машина Лизы плавно остановилась у знакомого подъезда. Ольга замерла, не решаясь выйти, — её взгляд был прикован к окнам квартиры на третьем этаже.

— Хочешь, я поднимусь с тобой? — тихо, с тёплой заботой в голосе предложила Лиза.

— Нет, спасибо. Я сама. Спасибо, что довезла, — быстро проговорила Ольга, порывисто обнимая подругу. В этом объятии было всё: благодарность, страх и робкая решимость.

— Не за что. Держись, — мягко улыбнулась Лиза, и в её глазах читалась немая поддержка.

Ольга открыла дверь, вышла на тротуар и захлопнула её за собой. Машина тронулась. Она осталась одна, поправила сумку с бельём на плече, и в этот момент почувствовала на себе пристальный взгляд.

Медленно, почти против воли, она подняла глаза к окнам третьего этажа. В кухне горел тёплый свет, и в раме чётко вырисовывалась фигура матери. Та стояла неподвижно, скрестив руки на груди, и смотрела — не на удаляющуюся машину, не в пустоту, а прямо на Ольгу.

«Увидела», — пронеслось в голове Ольги, и эта мысль легла на душу тяжёлым, холодным камнем.

Она поднялась по знакомым ступеням и едва успела поднять руку к звонку, как дверь распахнулась. На пороге стояла мама — с растрёпанными волосами, в уютном домашнем халате. В её взгляде смешались радость, облегчение… и едва уловимая тревога.

— Оленька! — мама бросилась к дочери, обнимая так крепко, словно боялась, что та вот-вот исчезнет. — Доченька моя, наконец-то!

Ольга ответила на объятие, вдыхая родной запах лаванды и тепла домашнего уюта.

— Привет, мам.

— Заходи, заходи скорее! — мама торопливо втянула её внутрь, захлопнув за ними дверь.

Ольга сняла куртку, аккуратно повесила её на вешалку. Сумку с бельём осторожно пристроила рядом — так, чтобы та не привлекала лишнего внимания.

— Пойдём на кухню, я чай поставлю, — засуетилась мама.

— Мам, не нужно, я ненадолго…

Мама резко обернулась — в её глазах вспыхнула обида, словно незаживающая рана.

— Как это «ненадолго»? Ты пропадаешь неделями, ограничиваешься короткими сообщениями, а теперь заявляешь — «ненадолго»?

Ольга сглотнула ком в горле. Да, разговор обещал быть непростым — словно хождение по тонкому льду над бурлящей глубиной.

Они устроились за кухонным столом. Мама суетливо разливала чай, выставляла печенье, то и дело бросая на дочь взгляды — пронзительные, полные невысказанных вопросов и тревоги.

— Оля, где ты была? — не выдержала она наконец, и голос дрогнул. — Почему исчезла? Михаил места себе не находил, искал тебя повсюду…

— Мам, — Ольга твёрдо перебила, глядя прямо в глаза. — Я не хочу об этом говорить. Я приехала, чтобы увидеть тебя, а не для выяснения отношений.

Мама сжала губы, явно борясь с желанием настоять на своём. После долгой паузы медленно кивнула: