Книга Мое имя Морган, страница 26 – Софи Китч

— Что тебе нужно, Элейн, так это сыграть роль, исполнения которой от тебя ждут. Просто будь достаточно напуганной, застенчивой, но любящей девой, и супруг захочет облегчить тебе то, что произойдет в опочивальне, а не просто взять причитающееся. Это все, что тебе надо помнить в брачную ночь.

— Моргауза! – Матушка вскинула голову от своего шитья. – Тебе обязательно говорить о таких вещах? Тут ведь не прачечная.

— Пусть лучше Элейн знает, что ей предстоит, – ответила Моргауза. – Она будет благодарна мне за совет, когда окажется в брачных покоях лицом к лицу с мужем. Я знаю, как оно будет.

Они с матерью обменялись вызывающими взглядами.

— Даже если и так, дочка, мы должны оберегать невинность остальных.

Я ощутила на себе взгляд пронзительных голубых глаз Моргаузы.

— Моргана тоже должна это знать. Недолго ждать, когда и она тоже присоединится к нам, став женой и матерью.

— Зря ты так в этом уверена, – сказала я. – По мне, все эти истории про притворство и послушание звучат совершенно ужасно.

— А у тебя не будет выбора, леди Разборчивость, – сказала моя самая старшая сестра. – Тебе не позволят зря растратить ту ценность, которой ты обладаешь как женщина. Что, по-твоему, ты будешь делать, если не выйдешь замуж?

— Ну, знаешь, кроме того, чтобы рожать сыновей, есть и другие занятия. – Я знала, что ее это заденет: Моргауза прибыла в Тинтагель рука об руку со своим рыжеволосым оркнейским королем, оставив дома трех здоровых мальчишек, и гордилась своим успехом в супружестве, неся его, как боевое знамя. Однако мое безразличие мало что для нее значило, раз уж сам Утер поднял тост за ее плодовитость.

— Это моя свадьба, мы можем хоть перед ней не ссориться? – скучающим голосом проговорила Элейн.

— Совершенно согласна, – поддержала матушка. – Моргауза, у тебя свои дела есть. Морган, а ты, пожалуйста, держи в узде свой норов.

— Она первая начала. – Я собрала свою работу и пересела на место возле окна, подальше от докучливых разговоров Моргаузы.

Снаружи уже некоторое время отрабатывали копейную сшибку, и мой оруженосец снова был на коне, проводя тренировку бок о бок с сэром Бретелем. Стоял безветренный день, пока что самый жаркий за все лето, поэтому он скакал без шлема и туники, в одной развевающейся рубахе с открытым воротом.

После особенно впечатляющей атаки на крестовину с висящим на ней щитом он выпустил поводья, чтобы собрать волосы на затылке кожаным ремешком. Кто-то из оруженосцев окликнул его и получил в ответ сопровождаемую смехом шутку. Я подалась поближе к стеклу, пытаясь услышать его голос.

— Так вот почему ты сюда пересела! – Я стремительно обернулась и увидела, что Моргауза стоит рядом, а ее губы изогнулись в понимающей улыбке. – Похоже, вы примерно одного возраста.

Она склонилась надо мной, почти прижавшись к стеклу. Я не видела сестру так близко с тех пор, как была ребенком, и эта молочная белизна ее кожи поразила меня своей прозрачностью. Если бы не тоненькая белая жилка, пульсирующая над рубиновым воротником, я бы пожалуй, проверила, жива ли она вообще.

— Я пересела, потому что здесь светлее, вот и все, – возразила я.

Она покосилась на шитье, лежавшее у меня на коленях.

— Вид у тебя и правда очень занятой. Ну, так и который из них тебе понравился? Или, может, их несколько?