Книга Мое имя Морган, страница 123 – Софи Китч

— Мужчины, понимаешь ли, не остаются ради женщин вроде тебя, – гнул свое Утер. – Они чуют твою гниль, гулящую натуру. И этот не вернется. Конечно, если я не найду его. А я могу это сделать, и очень быстро. У меня везде глаза и руки, способные держать меч. Без сомнений, ты не обрадуешься, если проснешься как-нибудь утром и увидишь на пике голову своего любовничка.

Эта картина тут же предстала перед мысленным взором, и я закрыла глаза.

— Никому и ничему не укрыться от меня по-настоящему, Моргана.

Я заставила себя открыть глаза и пристально посмотреть на Утера, хотя сердце билось где-то в горле, вызывая тошноту.

— Это неправда. Все это – неправда.

Утер откинулся на спинку кресла, глядя на меня, как смотрит змея – хладнокровная, с мертвящим взглядом, – прежде чем заглотить свою жертву целиком.

— Может, и неправда, – процедил он. – Только тебе известна правда, и только ты знаешь, какие пути лежат перед тобой. Любопытно, Моргана Премудрая, который из них ты выберешь?

Встречу с королем Уриеном назначили на начало следующего дня. В одиночестве я ходила по бывшей матушкиной гостиной, предаваясь воспоминаниям: славные деньки, проведенные в уюте и довольстве с матушкой и Гвеннол, перебранки с сестрами насчет того, кто из нас лучшая наездница (я), или у кого получаются самые тугие косички (у Элейн), или кто лучше всех поет и не фальшивит (Моргауза); стук отцовских сапог по каменным плитам, возвещающий его появление, он – такой высокий, величавый, улыбающийся – заполняет собой дверной проем и наши сердца; то, как смотрит на него матушка – потом этот свет в ее глазах угаснет навсегда.

В дверь постучали, и мальчик-слуга возвестил о появлении короля Гора Уриена. Король заполнил собой весь дверной проем, совсем как в свое время отец, и я в который раз признала, что внешность у него приятная. На нем были богатые одежды из парчи и тонкого льна, зеленые с золотом, очень идущие ему. Свежеподстриженные волосы венчала небольшая и весьма искусно выполненная золотая корона – впервые за все это время он предстал передо мной облеченным знаками королевской власти. Его наружность никогда еще не была настолько царственной. Глаза Уриена, похожие на кусочки обкатанной океаном круглой яшмы, блестели в слабом солнечном свете, однако в его манерах чувствовалась некоторая неуверенность.

— Госпожа моя принцесса, – с низким поклоном произнес он. Его пальцы сомкнулись вокруг моих, и я уловила экзотические ароматы корицы и гвоздики, пока он целовал мне руку. Каждый день его губы перемещались все выше, и сегодня мягко коснулись кожи у запястья. – Как всегда, вы прекрасно выглядите. Не присесть ли нам?

Тоскуя по успокаивающему обществу Элис, я, как обычно, заняла место напротив него. Уриен откашлялся, чуть повернулся, чтобы смотреть мне прямо в лицо, и начал:

— Я знаю, моя госпожа, мы не говорили об этом раньше, но могу предположить, что вам известно о существующей между нами… связи.

— До меня доходили слухи, – ответила я, – одни страннее других.

Уриен горько улыбнулся.

— Мне хотелось бы, чтобы оно произошло иначе… это мое сватовство. В случае если…

Он вдруг замолчал и вскочил с места, будто обуреваемый сомнениями. Неожиданно для себя я тоже поднялась и шагнула к нему, взволнованная его внезапным косноязычием и робостью, которых и в помине не было на предыдущих наших встречах.