Книга Стать Равной, страница 63 – Ника Летта

Ронан.

Его вмешательства оказалось достаточно, чтобы превратить тренировочный срыв в то, что произошло на полигоне.

Шиардан прикрыл глаза на долю секунды. Конечно. Разумеется. Если связь дала наружный выброс, императорский резонанс не мог не отозваться.

Система уже коснулась того, что он всё ещё пытался удержать в личной зоне контроля. Только теперь никакой личной зоны уже не существовало.

На платформе дёрнулась Эльвира. Лёгкий, почти детский жест — будто хотела от чего-то закрыться.

Шиардан открыл глаза мгновенно.

— Эльвира.

Никакой реакции.

Он наклонился чуть ближе.

— Если ты сейчас провалишься глубже, вытаскивать тебя будет мне неприятно.

Пальцы её правой руки слабо сжались, будто тело услышало интонацию раньше смысла. Он замер и осторожно, очень осторожно коснулся её запястья — просто чтобы поймать ритм. И понять, что с ней происходит.

От прикосновения к её коже по нему снова прошла волна. Но на этот раз не бьющая, а глухая, вязкая. Чужая усталость. Чужой страх. И под ними — то, что он совершенно не хотел сейчас чувствовать.

Одиночество.

Такое глубокое, что оно не имело формы. Только вес.

Шиардан выдохнул сквозь зубы и убрал руку слишком быстро, почти грубо, словно сам факт этого контакта был ошибкой.

— Прекрати, — сказал он уже не ей, а, кажется, самому резонансу. — Сейчас не время.

Показатели понемногу выровнялись. Не идеально, но перестали срываться в красную зону. Мягкая синхронизация действительно работала — медленно, ненадёжно, раздражающе. Но работала.

Теперь он мог стабилизировать её только через касания. И чем чаще, тем лучше.

И это бесило его едва ли не сильнее всего. Потому что требовало выдержки. А выдержка в подобных состояниях всегда была куда опаснее прямого давления.

Время растянулось. Несколько раз приходил вызов на внутренний канал. Он их сбрасывал, не читая. Один раз мигнул приоритетный маркер верхнего уровня. Он отключил и его.

Только когда дыхание Эльвиры стало ровнее, а лоб перестал гореть, он позволил себе на долю секунды прислониться ладонями к краю платформы и опустить голову.

Ситуация была хуже, чем выглядела. Он не просто больше не контролировал связь. Напротив — это связь начинала контролировать его решения.

Эта мысль вызвала в нём почти физическое отвращение.

И всё же он уже действовал именно так.

Из-за неё закрыт сектор, стёрты логи. Из-за неё он пошёл против протокола и игнорировал приоритетные вызовы. Из-за неё уже сейчас перестраивал в голове маршруты, охрану, контакты, её доступ, окружение, график, комнаты, соседей, все возможные точки давления.

Как будто её будущее автоматически вошло в его контур задач, словно иначе и быть не могло.

Шиардан оттолкнулся от платформы именно в тот момент, когда её ресницы дрогнули сильнее.

ЭЛЬВИРА

Когда я открыла глаза, надо мной уже возвышался Шиардан с протянутой рукой.

Что я пропустила?

Шиардан отошёл к платформе — прямой, собранный, жёсткий, будто его здесь и не должно было быть в таком количестве. Я дёрнулась, пытаясь приподняться.

Тело тут же отозвалось тупой, растекающейся болью.

— Не делай этого, — сказал он сухо.

— Что… — голос сорвался. — Что произошло?

— Перегрузка резонансного контура.

— Через тебя, — выдохнула я раньше, чем успела подумать.

На секунду в комнате стало совсем тихо. Его лицо не изменилось. Только в глазах что-то потемнело.