Книга Пока снег не разлучит нас, страница 21 – Нинель Мягкова

— Энергия течет по кругу. Основной камень должен покинуть паз последним, – медленно, весомо начал Шамбара. – Сначала дослушай, потом начинай, потому что первым придется изъять камень разума. И я потеряю дар речи.

— Хорошо, я слушаю, – кивнула и руки за спиной сложила, чтобы наверняка ничего не коснуться даже случайно.

— Тот, что перед тобой справа, с красноватым отливом, пойдет вторым. Это кровь, привязывающая меня к месту. Дальше…

Дух вещал довольно долго, зачем-то поясняя суть схемы, будто я ее когда-то собиралась повторять. Да ни за что! Пусть для этого используется давно почивший предок, общими усилиями рода вытаскиваемый из-за грани обратно в мир, – мертвые тоже имеют право на покой! Пусть живые защищают живых. Благо меня этому неплохо учили.

Но слушала все равно внимательно. Не хватало еще что-то перепутать и правда взорвать пещеру.

Сальярго за моей спиной сосредоточенно сопел и мысленно записывал каждое слово. Не сомневаюсь, что уж коршуны-то не преминут воспользоваться тайной техникой. Охочих до битв предков у них множество, наверняка кто-то не откажется от такой вот формы существования в обмен на защиту окрестных жителей.

— Ну вот и все. Запомнили? – строго уточнил Шамбара.

Мы с Эри старательно закивали.

— Приступайте. Благодарю вас за помощь, – величественно бросил дух и замолк, уходя глубже в зеркало.

Поверхность помутнела и потемнела, как будто внутри выключили свет.

Я неуверенно покосилась на коршуна.

— Начнем? Сначала разум, вот этот зелененький…

Протянула руки и отдернула.

— А вдруг рванет?

— Давай я. А ты отойди ближе к выходу. Если что, успеешь улететь, – решительно отодвинул меня в сторону Сальярго и одним движением сковырнул малахит с подставки.

Далеко не каждый материал способен принять магию, тем более удерживать ее и перераспределять. Драгоценные и полудрагоценные камни подходят лучше всего, что делает любой ритуал, связанный с накопителями, не только сложным в исполнении, но и крайне дорогим.

Огромный рубин покинул ложе следующим. Я подобный видела только в сокровищнице клана – наверное, на такой вот случай и припасен. Единожды использованный, он терял все свойства и становился бесполезным булыжником. Даже в украшение уже не вставить – блеск не тот. И аура специфическая. Любому одаренному будет тянуть гнильцой.

Сейчас, разбирая защиту по кусочкам, я отчетливо понимала, насколько богатым был клан Авилан. Кому он мог насолить настолько сильно, что его подставили перед императором?

Зависть – страшная штука.

Драконы могли никого лично и не обижать, просто мозолили глаза самим своим существованием.

Последний камень покинул подставку в полной тишине, прерываемой лишь нашим неровным дыханием. Зеркало давно почернело и не подавало признаков жизни, но контур вокруг все еще теплился едва заметными нитями, не рассыпаясь. Висел в воздухе, опираясь на призрачное присутствие накопителей.

Лишь долгую, томительную минуту спустя схема разом рухнула, рассыпаясь сотней золотистых искр по каменному полу. Я вздрогнула, но потолок не обвалился на наши головы. По пещере пронесся тихий, едва слышный стон облегчения, и из остывающего круга мне под ноги выкатился крупный, с ноготь большого пальца, шарик концентрированной силы.

Все, что осталось от некогда могучего духа Шамбара.