Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 2, страница 56 – Дия Семина

— Митя, Митя… Да, договор заключён. Хозяйка…

Прошелестел довольный голос. Похоже, дать имя помощнику – считай, поставить печать. Боже, что я делаю…

Модест Андреевич провёл положенные четыре часа в Канцелярии с абсолютным равнодушием к службе. К вечеру начал писать отчёт, но из головы не идёт неприятный разговор с отцом про Анну.

— Так дойдёт до того, что он решит её удочерить. Уж так любит, так любит, — его рука замерла в одной точке на бумаге с отчётом, отчего появилось слишком крупное пятно. — Тьфу, чуть было не испортил и пришлось бы переписывать… Но, думаю, маменьке уж пора намекнуть. Не увлёкся ли батенька моей бывшей невестой по-настоящему? Фу, как это пошло.

Поморщился, забыв, что сам недавно простил себе же романтические увлечения в поисках вдохновения.

Мысли умчались вдаль, и вернуть их в рабочее состояние нет ни малейшей возможности, а главное, желания. Собрал документы в папку, расписался на карточке хранения и вернул клерку в архив.

На этом его труды праведные на сегодня завершены.

Домой возвращаться нет ни малейшего желания, очередная встреча с отцом может перейти границы дозволенного, и случится скандал. Надо дать пережить ему размолвку с любимицей, подумать только, сын лишился невесты, а папенька страдает…

Вздохнул, немного подумав, назвал своему кучеру адрес приятного кафе, где часто юные девицы стайками, как воробушки чирикают своим милые сплетни, поглядывая на кавалеров. Благостное место, если хочется отдохнуть душой и побаловать себя отличным ужином.

Ему сейчас крайне необходимо вернуть романтический настрой, усталость от постоянной трагедии надоела до тошноты.

В кафе оказалось пустынно, снова неудача. Но делать нечего, искать другое место с весёлой атмосферой желания нет.

Быстро сделал заказ и взял газеты, хоть немного развлечься последними сплетнями…

— Ах. Модест, какая приятная встреча. А я жду Екатерину. Она вечно где-то пропадает. Можно? — приятный голосок Виолетты, а это именно она, заставил отложить газету и улыбнуться.

— Дорогая, для вас всегда найдётся местечко рядом со мной. Как поживаете? Должен признать, с последней нашей встречи я дважды о вас вспоминал и сердце согревалось теплом. Знаете, такое тепло, от которого распускаются цветы весной.

Модест вдруг заговорил в той самой манере обольщения, какую давно не практиковал, и яркий блеск восторга в голубых глазах Виолетты внезапно отозвался простеньким четверостишьем, какое он тотчас и прошептал только ей, доведя несчастную девицу до экстаза.

Люблю, люблю!Ты — солнца луч весенний,Что пробивается сквозь тучи и туман.Ты — песнь души, что льётся вдохновенно,В мой тусклый мир, неся весны дурман…

— О, боже мой! Как это прекрасно, у меня есть с собой блокнот, умоляю. Запишите, запишите эти чудные стихи. Никто не посвящал мне строк.

Виолетта чуть не разрыдалась от счастья и умиления, вытащила из сумочки маленькую записную книжицу с забавной бархатной обложкой и протянула, открыв на чистой странице.

— С великим удовольствием! — промурлыкал, улыбнулся и записал строки, какие самому вдруг очень понравились. Если так дальше пойдёт, то он снова начнёт писать, выступать на поэтических встречах в модных салонах. — Вот, пожалуйста, Екатерины нет, возможно, я покажусь тебе излишне навязчивым, но может быть, ты составишь мне компанию на вечер?