Книга В 45 я влюбилась опять, страница 71 – Ольга Тимофеева

— А я говорил что-то, что это мне как-то мешает?

— Ты слишком тактичный человек, чтобы говорить.

— Да нет. Если мне не нравится что-то, то я говорю об этом. Вон, твои мальчишки знают.

— Мне ты ничего не говоришь.

— А ты себя хорошо ведешь, поэтому и не слышишь. С кем ты говорила, когда я вернулся?

— С мамой. Виктор и ее, похоже, накрутил. Она собирается в гости.

— Ну и встретим, раз собирается.

— Вань…. я не хочу. Не хочу мужа видеть, маму, опеку, школу. Все как снежный ком. И чем дальше, тем хуже.

— Давай, отдохни. Вечером разрулим все. Хорошо?

— Это не разрулить.

— Значит, посмеемся над этим и снизим градус важности.

— Спасибо, — усталость так и накатывает.

Наклоняется ко мне и замирает в нескольких сантиметрах от губ.

— Знаю я, конечно, получше способы снятия напряжения… — шепчет мне. — Но пока просто поспи.

— Пап, — шепчет кто-то в дверях.

Я тут же вжимаясь в подушку, Ваня — поднимается.

Виолетта.

— А ты что Марью Андреевну целуешь, чтобы она уснула?

— Ага. Иди тоже ее в щечку поцелуй. Тогда точно уснет.

Виолка подбегает и тоже целует.

Это пока они мелкие, верят во все эти сказки про краны и принцесс спящих. Когда Костя узнает, катастрофа будет. И это тоже проблема, которую я пока не знаю, как решить.

Когда просыпаюсь и выхожу из комнаты, в доме тишина и темнота. Хотя еще девять часов.

Куда все делись?

Прислушиваюсь. Внизу, в подвале, слышу голоса.

Спускаюсь туда.

Дети, кроме Полины, в спортивных шортах и майках сидят на скамейках в его тренажерном зале, а он им показывает огнетушитель и рассказывает про него.

Наверное интересно, раз все сидят с открытыми ртами.

— Запомнили?

Кивает им и случайно переводит взгляд на двери.

Когда замечает меня, взгляд смягчается. Уголки губ ползут вверх.

— Заходи к нам. Я тут рассказываю, как пожар тушить.

— А если дома такого нет? — переспрашиваю и сажусь рядом с Милой.

— Должен быть. Но если нет, то в следующий раз мы рассмотрим, как можно обойтись без него. Завтра я привезу огнетушители, которые надо перезарядить и мы их попробуем в деле.

— Ура! — подпрыгивает Виола. — а мне можно будет?

— Всем можно будет. Что-нибудь подожжем и будем все это тушить.

Чего?!

— Учебная тренировка, Маш, спокойно, — предугадывает уже мои мысли.

— Точно безопасно?

— Я все буду контролировать. Так, давайте еще по кружочку отжиманий, в душ и спать.

— Так рано еще, — поднывает Костя.

— Тебе можно, — смотрит на часы, — еще час, всем остальным двадцать минут и быть в кровати.

— А вы мне не отец, чтобы указывать, — дерзит мой старший.

— Костя, — одергиваю его. — Еще раз такое услышу, поедешь жить к отцу. Он рвется забрать вас к себе, — не отдам его, конечно, но припугнуть в воспитательных целях можно.

Костя поджимает губы и смотрит на меня.

— Упор лежа всем принять, — басит Ваня и все слушаются.

Даже Костя.

Отжимаются молча.

Что-то чем дальше, тем все напряженнее между ними.

Ему сейчас хочется минимум сложностей и, главное, чтобы не трогали. Не понимает дурак, что потом еще спасибо скажет, что им кто-то занимался.

Ваня всех отпускает, остаемся одни в его мини-”качалке”.

— Отдохнула? — притягивает меня к себе и обнимает.

— Да, — выдыхаю.

— Маш, упустишь его сейчас, потом уже сложно будет что-то изменить.

— Не заставлять же его силой….